На нас снизошла тишина, пока мы работали челюстями, и я опять попыталась придумать нечто такое о Саймоне, чтобы оно не было связано с ним, целующим меня, со мной, целующей его, или с тем, что он в курсе моих ночных словесных выбросов.

— Эм... у Саймона на «iPod» есть «Too Short», — пробормотала я.

Мои слова были встречены несколькими «хммм», но я знала, что мои новости не сенсационны.

— Музыка важна. Как зовут того парня, с которым ты встречалась, у него еще вышел собственный альбом? — спросила Мими.

— Нет, нет. У него не выходило никакого альбома. Он пытался продавать свои диски с заднего сиденья своего автомобиля. Это не то же самое, — рассмеялась я.

— Ты встречалась еще с одним певцом... Джо — КофеХаус, припоминаешь его? София фыркнула, поедая свой завтрак.

— Ага, он лет так на пятнадцать опоздал с одеждой из фланели, но получил «отлично» за тоску. И был более чем достойным партнером в постели, — вздохнула я, вспоминая былые времена.

— Когда этот добровольный свиданческий хиатус уже закончится? — спросила Мими.

— Не уверена. Мне в каком-то смысле даже нравится ни с кем не встречаться.

— Ладно тебе, кого ты пытаешься насмешить? — София снова фыркнула.

— Тебе там салфетка не нужна, мисс Хрюшка? А если серьезно, то у меня было чересчур много Джо — КофеХаусов и Кори —Пулеметчиков. Мне больше не интересно просто встречаться. Слишком сильно это похоже на карусель. Я не намерена больше тратить свои время и силы, пока не буду уверена, что это к чему-нибудь приведет.

— И более того «О» отправилась в страну без мужчин. Заодно и я могу к ней присоединиться, — добавила я. Я снова отпила кофе, избегая взглядов подруг.

Их «О» были на месте, а теперь у них были еще и новые мужчины. Я не ожидала, что кто-то решит присоединиться ко мне в отпуске от свиданий. Но теперь они выглядели такими грустными. Мне надо вернуться к разговору о них.

— Так прошлый вечер был у вас плодотворным, девчонки? Поцелуи у двери? Обмены слюной? — спросила я, бодро улыбаясь.

— Да! В смысле, Нил меня поцеловал, — вздохнула Мими.

— Ооо, могу поспорить, он отлично целуется. Он обнял тебя крепко и пробежал вверх и вниз по твоей спине своими руками? У него прекрасные руки. Вы заметили его руки? Чертовски хорошие руки, — затараторила София, уткнувшись взглядом в свои панкейки.

Мы с Мими обменялись взглядами и стали ждать, пока Софии потребуется передохнуть. Когда она увидела, что мы уставились на нее, она немного покраснела.

— Что? Я заметила его руки? Они огромны. Как я могла не заметить? — запинаясь, спросила она и набила едой рот, чтобы мы могли перейти к другой теме.

Я захихикала и обратила внимание снова на Мими.

— Так что, мистер Прекрасные Руки использовал свои прекрасные руки?

Настал черед Мими краснеть.

— Вообще-то, он вел себя очень мило. Просто слегка коснулся губ и нежно обнял меня у двери в квартиру, — ответила она с огромной улыбкой.

— А что у тебя, мисс Кое-что? Компьютерный гений расщедрился на поцелуи перед сном? — захихикала я.

— Эм... да, расщедрился. Он одарил меня отличным поцелуем, — ответила она, слизывая сироп с тыльной стороны кисти руки.

Кажется, она не заметила, как слегка загорелись глаза у Мими при упоминании полученного Софией поцелуя на ночь, зато я заметила.

— Так прошлым вечером ты улизнула невредимой, правильно я понимаю? — спросила меня Мими, делая глоток кофе.

Я все еще нянчилась с ноющим от боли языком, так что предпочла остановиться на соке.

— Именно так. Мы договорились о перемирии и постараемся вести себя более добрососедски.

— И что именно это означает? — спросила она.

— Это означает, что он постарается урезать свою активность и перенести ее на более раннюю часть вечера, а я постараюсь быть более понимающей в отношении его сексуальной жизни, какой бы оживленной она не была, — ответила я, копаясь в сумке в поисках денег.

— Неделя, — пробормотала София.

— Еще раз?

— Сама захотела. Неделя. Столько времени я даю вашему перемирию. Ты не сможешь смолчать, а он не сможет утихомирить Хохотушку. Неделя, — снова сказала она, а Мими улыбнулась.

Хм... посмотрим...

* * *

Ярким ранним утром понедельника в мой кабинет зашла Джиллиан.

— Тук-тук, — воскликнула она.

Джиллиан была олицетворением повседневного шика: волосы, стянутые на затылке в свободный пучок, маленькое черное платье, облегающее ее маленькое загорелое тело, километровые ноги, которые заканчивались красными туфлями. Туфлями, стоимость которых, скорее всего, представляет собой всю мою зарплату за неделю. Она была моей наставницей во всех смыслах, и мысленно я сделала заметку, удостовериться, что когда-нибудь я достигну ее уровня неброской уверенности в себе.