– Нет, - твердо произнесла Анита, снова вскакивая с кресла.

– Нет?
– не удерживалась от изумленного возгласа Светлана и, не обращая внимания на нахмурившегося Амона, сказала: - Одумайся! Ты же подписываешь свой смертный приговор!

– Тогда я навсегда останусь с мамой, - заметила Анита.

– Нет! Мать останется без тебя.

– Света!
– рявкнул, обрывая Светлану Амон.
– Сейчас не твое время говорить!

– Ты все равно не переубедишь меня, - добавила Анита.
– Я заплачу за свидание своей душой.

Светлана с жалостью посмотрела на девушку и отвернулась. Казалось, она погрузилась в изучение золотого прибора на столе. Руки, лежащие на коленях, выдавали её волнение. Судорожно стиснув кулаки, Светлана потупила взор и была лишь молчаливым свидетелем.

– Нужно что-нибудь подписывать?
– вопросительно посмотрев на Барона, спросила Анита.
– Кажется, когда заключают сделки, то что-то, подписывают?

– Необязательно, - легко поведя рукой, Барон пояснил: - Подписывают на долгий срок, чтобы клиент не забыл о своем долге, а ты расплатишься сегодня. Сразу после свидания со своими родными.

– Когда я её увижу?
– перебивая, спросила Анита.

– Не торопись, - скривился Дорн.
– Сначала ты повторишь то, что скажет тебе Изер. Не хотелось бы мне услышать, что ты передумала, когда переговоришь с матерью. Человек часто стремиться сжульничать, приходится пресекать это в корне. Итак, если ты готова и согласна, тогда повторяй за Изером.

Зловещие слова зазвучали в воздухе. Анита послушно слово в слово повторяла все, что ей говорили, и это не заняло много времени. Закончив, Анита вопросительно посмотрела на Барона, глаза мягко излучали желтый свет. Уловив её взгляд, он с удовлетворением сказал:

– Теперь создатель не властен над тобой. Ты принадлежишь мне. Я - твой господин. Но долг платежом красен. Как зовут твою мать?

– Вы, разве, не знаете?
– удивилась девушка.

Барон зловеще произнес:

– Чего же сомневаться в могуществе своего господина. Ведь её зовут Луиза, так?

– Да, - подтвердила девушка.

– И она умерла от болезни сердца.

– Да, - снова подтвердила она. Удивление снова мелькнуло в её глазах.
– Да, все так и было.

– Магистр, - с почтением произнес Барон.
– Я могу пригласить Луизу в этот дом?

– Зови, - кивнул Дорн, не отрывая взгляда от Аниты.

Светлана подняла голову, прекратив рассматривать свои пальцы, и с интересом стала ожидать появления Луизы.

Дверь раскрылась и в комнату вошла женщина лет сорока, с чистым и светлым лицом. Она обвела помещение отсутствующим взглядом, и в её глазах появилось осмысление, когда они остановились на Аните. Прижав руки к груди, женщина с глубокой печалью, мелодичным голосом обратилась к дочери с укором:

– Что ты наделала! Ты погубила себя! Зачем вызвала меня из мира Теней? Почему не бережешь себя? Разве я для этого произвела тебя на Свет?

Со слезами на глазах. Анита бросилась ей на шею.

– Мамочка! Мамочка не ругай меня! Зачем ты меня бросила! Я так скучаю по тебе!

Женщина сурово заметила:

– Анита, доченька моя, ты сделала большую ошибку, и, если не поздно, исправь.

– Поздно, - влез в разговор Барон, потерев ладони, заключил: - Дело сделано!

– Анита, ты хотела мне что-то сказать?
– вздохнула женщина.

– Нет. Я хотела только увидеть тебя, - призналась Анита, теснее прижимаясь к женщине.

Прошло несколько минут, прежде чем Барон, рухнув в кресло и, закинув ног на ногу, со сладчайшей улыбочкой заявил:

– Время истекло. Нашу часть договора мы выполнили.

Женщина легким облачком растаяла в объятиях Аниты.

– Дело за малым, – заключил Барон, искоса поглядывая на девушку.

Пренебрежительно указав на Аниту, Дорн сказал: