Джипсы выбросили на поверхность Наотара десант: гигантские башнеподобные объекты, названные условно «домнами», и большую группу «комбайнов». Комбайны — диковинные машины на шести сферических колесах четырехметровой высоты — срыли до основания городок Рита, передавив кучу людей. А домны — имеющие высоту в несколько сотен метров каждая! — укоренились на площадке неподалеку. Зачем — мы тогда не знали.

Конкордианцы пригнали эскадру для отражения агрессии, ведь, по любым меркам, джипсы открыли военные действия, причем предельно цинично, без видимых причин. Клонская эскадра попыталась выбить астероидный рой с орбиты планеты.

И вот тогда на сцене появились главные действующие лица: истребители джипсов, более всего похожие на редкозубую расческу, а потому прозванные «гребешками». И вот кто бы мог подумать, что эти нелепые аппараты продемонстрируют феноменальные боевые качества!

Как подобное уродство может летать, да еще в атмосфере, было категорически не ясно. Но уродство летало, и еще как! В атмосфере гребешки развивали скорость в десять Махов, то есть десятикратно превышали скорость звука! Тогда как конкордианский «Джерид» при атмосферном полете дотягивает только до 8М, и то в режиме форсажа, превращаясь в пулю, неспособную к активному маневру. А гребешки умудрялись менять вектор движения на сто восемьдесят градусов за девять секунд, совершенно не теряя скорости!

Джипсам, видимо, забыли сообщить, что при этаком фортеле пилота размажет перегрузкой, а у флуггера поотваливаются крылья. Еще им не рассказали, что рентгеновский лазер, вписанный в габариты флуггера — оружие низкотемпное, которому требуется некоторое время на перезакачку стрельбовых накопителей.

В совокупности получилась картинка: чрезвычайно верткий аппарат, превосходящий лучшие машины Великорасы по скорости разгона на прямой почти в полтора раза, по скорострельности бортового вооружения — в пять-десять раз, а по маневренности… По маневренности джипсы нас обставили на полтора порядка! Даже самые легкие наши разведывательные зонды не умели так крутиться — разваливались от перегрузок!

Результат плачевный. Нескольких шестерок гребешков хватило, чтобы полностью выжечь клонский десант, пытавшийся уничтожить поле домен. Целый танковый полк, вместе с дивизионом ПКО, ракетно-артиллерийским дивизионом и всеми ротными зенитными средствами ничего поделать не смог и погиб в полном составе!

На орбите четыре десятка гребешков выпотрошили линкор «Яшт» и едва не отправили вслед за ним линкор «Кавос».

За все время боев клоны сумели завалить всего четыре гребешка, потеряв — помимо линкора «Яшт» — более сорока флуггеров, танкодесантный корабль «Элан-87» и практически весь личный состав десанта.

От ракет джипсы обычно уворачивались, а большинство орудийных установок просто не успевало на них наводиться.

Упрямцы из Сетад-э-Бозорг — конкордианского Генштаба — прислали в район Наотара специальное оперативное соединение «Тиштрия». И получила та «Тиштрия» мировых пенделей. Сражение на орбите клоны продули вчистую, после чего запросили помощи у собратьев по Великорасе — у нас то есть.

Наш экспедиционный флот «Наотар» был страшной силой. Линкоры, авианосцы, целое стадо фрегатов, мониторы, десантные корабли — мы приготовились воевать по всем правилам.

Только не понимали мы тогда, что при традиционных тактических схемах подавляющее численное превосходство не играет никакой роли. Конвенциональный бой флуггеров с гребешками превращался в некое подобие соревнований по бегу. Как вы думаете, двести школьников смогут обогнать одного олимпийского чемпиона?

Очередное сражение объединенные силы Великорасы проиграли.

Флот «Наотар» вышел из боя и удалился в метрополию для восполнения потерь. Так как эти драматические события неслись буквально галопом, ни о какой правильной организации тыловых служб речи не шло, и штаб прибег к импровизации на грани фола: убыль личного состава частично компенсировали за счет привлечения кадетов военно-космических академий, то есть нас — молодых и необстрелянных.

Так мы оказались на борту тяжелого авианосца «Три Святителя».

Было спешное формирование эскадрилий.

Были суточные учения в районе астероидного скопления Флоры.

Было выдвижение к месту проведения операции.

И был бой. Читайте мемуары контр-адмирала Пушкина, там все подробно описано!

Мы — Андрей Румянцев и Вениамин Оршев — оказались по воле командования в составе эскадрильи И-03 19-го отдельного авиакрыла, приписанного к тяжелому авианосцу «Три Святителя». Комэск — Григорий Алексеевич Бердник.

— Ну что, соколы, — сказал он нам с Веней, — определяйтесь с тактическими позывными. Как вас в эфире величать?

— Я буду Кометой, можно? То есть разрешите, товарищ капитан-лейтенант? — ответил я.

— Комета? Похоже на сбитый флуггер, кадет. Ассоциации поганые. Или ты не суеверный?

— Так точно, товарищ капитан-лейтенант, похоже! Но это вражеский флуггер!

Бердник рассмеялся.

— Молодец, не теряешься! Правильно тебя Федюнин рекомендовал: смелый и наглый! Пусть будет Комета!