– Можно подумать, что ты, сир фригиец, живешь в хоромах, – недовольно буркнул широкоплечий толстый тип с багровой физиономией, назвавшийся сиром Эженом из Бада.

– Если бы у меня были хоромы, дорогой сир Эжен, я не бродил бы по белу свету в поисках заработка, – вздохнул Шепель.

Искренность заезжего фригийца понравилась рыцарям. Константина пригласили к столу, где стоял огромный кувшин с вином и лежали карты. Они, между прочим, были изготовлены на планете Зиндан и попали к склавинским рыцарям не иначе как из Ясира.

– Играете? – спросил у Шепеля сир Огюст из Фриза, самый молодой среди его новых знакомых и, вероятно, самый хитрый, а глаза его, устремленные на гостя, при этом насмешливо заблестели.

– Почему бы нет, – пожал плечами майор.

Играли на Яфете в двадцать одно. Игра эта, не требующая интеллектуальной мощи, сохранилась на планете, вероятно, еще с тех времен, когда здесь была федеральная тюрьма. Шепель, посетивший в славном городе Зальцбурге чуть ли не все игорные заведения и имевший опыт игры не только в салонах, но и в притонах, в два счета обставил своих противников, соображающих довольно туго, вытряхнув из них за какой-нибудь час едва ли не все запасы серебра. Почувствовав, что атмосфера за столом накаляется и вот-вот должна грянуть гроза с обвинениями либо в мошенничестве, либо в магии, Константин ослабил хватку и позволил благородным рыцарям отыграться.

– А вы хороший игрок, сир Константин, – вздохнул с облегчением сир Эжен. – Вам бы помериться силой с Симоном Лисом. В прошлый раз он нас всех едва догола не раздел.

– Ну, это как раз немудрено, – понизил голос едва ли не до шепота Шепель. – По моим сведениям, брат лорда Ваграма Дарлея весьма сведущ в магии.

– Быть того не может, – неуверенно возразил сир Мигель.

– Так ведь он днюет и ночует в храме Изиды, – пожал плечами Константин. – А тамошние жрицы издавна славятся своим искусством напускать на людей чары. Вы, разумеется, слышали о гермафродитах?

– А при чем здесь сир Симон?

– А при том, что только очень наивный человек сядет за карточный стол с содомитом, сир Эжен из Бада.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Слышно было, как льется мимо кубка вино из кувшина, который держал в руках сир Мигель. Шепель слегка кашлянул, дабы привести в чувство ошеломленных рыцарей.

– Лорд Зидор Ферей страшно недоволен слухами, распускаемыми по поводу своего будущего зятя принца Петра, – продолжал Шепель, не повышая голоса. – Он послал меня в Сигурд, дабы урегулировать возникшую коллизию. Я надеюсь на вашу поддержку, доблестные сиры. К сожалению, в Склавинии слишком много людей, стремящихся дискредитировать короля Аббадина и его наследника. Вы, конечно, слышали о беременности леди Элеоноры? Ее супруг Георгий Гергей, сын Марка Мюрея, уже поклялся, что покарает всех изменников как в Гергии, так и в Мюреане.

– Щенок, – процедил сквозь зубы сир Мигель из Барака.

– Но в глазах очень многих людей именно он является законным преемником короля Аббадина. И как раз в этот момент всеобщего возбуждения умов по Склавинии вдруг поползли слухи о недостойном поведении принца Петра и вампирах, якобы обосновавшихся в королевском замке.

При последних словах гостя рыцари переглянулись. Шепелю показалось, что о вампирах они слышат не в первый раз.

– Лорд Зидор очень беспокоится за свою дочь. Вы понимаете, о чем я говорю? Есть вампиры или нет, но смерть леди Теодоры может привести к страшным последствиям для принца Петра и для вас, господа. Лорд Зидор Ферей, чего доброго, переметнется на сторону Георгия Гергея, и тогда в Склавинии вспыхнет новая междоусобица.

– Вы что же, сир Константин, подозреваете Симона Лиса в намерении устранить леди Теодору? – прямоспросил Эжен из Бада.

– Дело не в Симоне Лисе, а в лорде Ваграме Дарлее, который, как всем известно, метит в короли. Так в замке есть вампиры, господа рыцари, или их нет?

Сир Мигель уже открыл было рот, чтобы ответить любопытному фригийцу, но как раз в эту минуту на пороге комнаты возник принц Петр. Наследник короля Аббадина мучился жаждой, вызванной похмельным синдромом, а потому не видел вокруг себя никого и ничего, кроме вожделенного кувшина с вином. Добравшись до стола на нетвердых ногах, он залпом осушил кубок, только что налитый сиром Мигелем. В эту минуту к нему вернулось чувство реальности, и он покрасневшими от беспробудного пьянства глазами уставился на Константина, привставшего с кресла.

– Ты?! – изумление принца было столь велико, что он не совладал с нервами и отхлебнул вина прямо из кувшина.

– Я бы хотел перемолвиться несколькими словами с вашим высочеством, – вежливо поклонился Шепель принцу.

– Идем, – хрипло отозвался Петр, хватая Константина за руку.

Судя по всему, наследник короля Аббадина никак не чаял увидеть в живых человека, которого столь удачно сдал прямо в руки жрецов Ваала. Протащив Константина по коридору мимо удивленных гвардейцев, он грубо втолкнул его в свои апартаменты. Шепель с интересом разглядывал кабинет принца, но ничего предосудительного здесь не обнаружил, если, конечно, не считать развалившегося на софе Симона Лиса, которого появление посланца Георгия Гергея в логове короля Аббадина повергло в шок.

– Откуда этот тип здесь взялся? – только и сумел произнести он.

– Вам привет от Харона, – обворожительно улыбнулся Шепель, присаживаясь в пустующее кресло.

– Я думал, он тебя вздернет на крюк, – почти простонал принц Петр, падая на софу рядом с любезным Симоном.

– К чему такая жестокость, – пожал плечами Константин. – Желание Харона разрешить кризис, возникший в Склавинии, вполне совпадает с моими целями. А брат Джеф и вовсе оказался человеком, весьма приятным в общении.