– А как же девушка? – спросил Ник.

– Девушка вас может покинуть в любую минуту. Женихов в моем замке хватает.

Весь зверинец прямо взвыл от восторга при этих словах предводителя. Я посмотрел на Дарью: в ее глазах были ужас и отвращение. На мой вопрос она лишь отрицательно покачала головой.

– Жаль,– загрустил Саренг.

– Да какие у тебя тут женихи! – Ник презрительно сплюнул.– Ни одна женщина не польстится.

Хай поднялся невероятный. Слюна с клыков закапала. Саренг поднял руку – визг немедленно стих.

– Шутник,– ласково улыбнулся Сахар Нику.

– Да уж,– согласился мой брат.– Люблю посмеяться, когда есть над кем.

– Смеха будет море,– пообещал Саренг.– Сам скоро убедишься.

– Держись за моей спиной! – шепнул я Дарье.– И ничего не бойся.

В общем-то ничего страшного пока не происходило. Выпустили на арену четырех тигров – самых что ни на есть земных, да еще и мирно настроенных. Сели они у входа и еле-еле хвостами шевелили, а на мордах такое равнодушие, что мне даже скучно стало. За кого нас этот подонок принимает?! Мы с четырьмя полудохлыми тиграми не справимся, что ли!

– Берегись! – крикнула Дарья.

Я и без того был наготове. Все четыре кошки сорвались с места одновременно – словно им врезали вдоль хребта гигантским хлыстом. Если бы не Дарья за спиной, я бы уклонился от их атаки без труда, но в том-то и дело, что она не могла двигаться с той же скоростью, что и я. Поэтому пришлось встретить хищников грудь в грудь. Проще говоря, я рубанул два раза по оскаленным мордам – и дело завершилось. Астур – не обычный меч: черепа гигантских кошек аккуратно развалились на половинки, как перезревшие тыквы. Публика разочарованно вздохнула.

– Поединок шел не по правилам,– сказал Саренг.– Мечи у вас заколдованы.

– Я предупреждал,– отозвался Каронг со своего места.– Их голыми руками не возьмешь.

Публика поскучнела и притихла. Этакая задумчивость на лицах появилась. Хотя какие мысли могут быть в подобных головах, кроме самых паскудных?

– Тигров жалко,– вздохнул Саренг.– Хорошие тигры, уссурийские, их на Земле осталось всего ничего.

– Зато холуев вокруг тебя вон сколько! – махнул рукой Ник.– Этих-то чего жалеть?

Гул пошел по трибунам – все осуждали Ника за дерзость, но наказать его никто не спешил. Энергетический меч производит впечатление не только на людей, но и на оборотней. Жить-то всем хочется.

– Я правитель мудрый и добрый,– сказал Саренг.– Зачем же буду своих подданных под заезжие мечи подставлять? Тебе игрушки, а мне – чистый убыток.

– Не знаю, чем и утешить,– вздохнул Ник.– При таких дерьмовых подданных и государь превращается в сплошное недоразумение.

– Видишь ли, прикончить вас труда не составит, но хотелось бы сделать это красиво – чтобы и самому удовольствие получить, и подданных порадовать. Я ведь поэт в душе.

– Фантазии у тебя маловато,– посочувствовал ему Ник.– Тигры, откровенно тебе скажу, были уже где-то.

– Точно,– подтвердил Саренг.– В Древнем Риме.

– Нехорошо! – упрекнул его Ник.– Особенно для поэта. Плагиат.

– Сгораю от стыда,– закручинился Саренг.– Обокрал императора Нерона.

Сгореть не сгорел, но бледные щеки заалели. Каронг наклонился к августейшему уху и зашептал что-то. Саренг равнодушно кивнул головой. Что-то они для нас готовили. Публика заволновалась. Каронг бросил на нас торжествующий взгляд, поднялся со своего места и заспешил к выходу.

– Готовься,– шепнул мне Ник.– Сейчас начнется.

Арена вдруг быстро стала опускаться вниз – настолько быстро, что мы даже охнуть не успели. Срочно пришлось браться за мечи и отбиваться. Черт знает что на нас навалилось! Я даже описать не могу. Темно было. Туша огромная, но атаковала стремительно, сразу со всех сторон – когти и клыки клацали у самого лица. Ничего подобного я раньше не видел, ни о чем подобном мне даже слышать не доводилось, а уж вопило оно так, что волосы на голове шевелились. Волны ненависти катились от чудовища прямо на нас и захлестывали с головой. Наверное, монстр что-то такое излучал. Я увидел, как Дарья с перекошенным от ужаса лицом опустилась на каменный пол, и сразу же несколько щупалец с когтями и присосками подхватили ее и потащили куда-то в темноту.

– Вик! – успела крикнуть она.

Я буквально барахтался в этих обросших шерстью щупальцах, которые с шипеньем устремлялись на меня и даже отрубленные мечом продолжали ползать по полу, хватая за ноги и мешая двигаться.

– В голову, Вик, в голову! – услышал я крик своего брата.

Но я никак не мог определить, где у чудища голова,– из-за многочисленных щупалец и туловища не видел. Тогда я позволил монстру захватить меня. Это была единственная возможность добраться до головы.

Я не ошибся в своих расчетах. Чудовище разинуло огромную смрадную пасть и замерло в недоумении, потому что в одном щупальце была потерявшая сознание Дарья, а в другом я, и этот гад никак не мог определить, какой кусок аппетитнее. Я с замиранием сердца наблюдал за выбором, поскольку помочь Дарье уже не мог: щупальце держало меня крепко.