Не говорить же своего старому знакомому про соседний мир и свое отношение к алкоголю после близкого знакомства с тамошними жителями.

— Ага, понятно, — глубокомысленно заметил Костя и опрокинул очередной стаканчик с огненной жидкостью. Стаканчики, кстати, были изготовлены из предохранительных колпачков на мины «восемьдесят вторые».

— Так ты говоришь, что взрывчатка нужна, — через десять минут проговорил однокашник, почти наполовину опустошив фляжку и изрядно осоловев от выпитого и съеденного. — И стволы… сколько и какие?

— Килограмм двадцать тола, — прикинул я в уме размеры необходимого. — Штуки три пистолета. Столько же автоматов или карабинов. Да, еще одну винтовку для дальнего боя. Желательно под снайперский прицел.

— В киллеры решил податься? — усмехнулся парень.

— Может быть, — в тон ему отозвался я. — Так что насчет всего этого?

— Чем платить будешь? — поинтересовался Костя. — Баксы предпочтительнее рублей. За них и скидочку небольшую дам.

— Да у тебя тут прям лавка торговая, — усмехнулся я. Переход в разговоре с товара на деньги несколько обнадежил. Означало, что у однокашника имеется все мною заказанное.

— Лавка не лавка, — уклончиво отозвался он, — но торговля идет помаленьку. Так что там у тебя?

— Вот, — сказал я и выложил на ящик перед парнем крупную золотую монету. Свою плату за серебро у партизан мы взяли сразу же, как только нормализовались наши с ними отношения. И носили всегда с собою — там и было-то около килограмма на брата. Не столь уж и много.

— Царские? — приподнял одну бровь однокашник, но покрутив золотой в пальцах недоуменно посмотрел на меня. — Что за фигня?

На монете значилось «пять рублей». Но вот рисунок отличался от любых других известных монет. Во-первых, там по аверсу и по краю шли обязательные руны, а во-вторых, имелось изображение зубато-рогатого уродца. Как понимаю (уточнять у партизан не стал, чтобы не добавлять в копилку со странностями еще больше недоумений и подозрений), лик самого Повелителя.

— Досталось по случаю неплохое количество таких монет, — ответил я и принялся напускать тумана. — Одну секту разгромили, которая решила заняться сатанизмом. Несколько сотен человек околпачила, забрали сектанты у них имущество и начеканили себе монет из золота. Но слишком уж явно и нахально работали, и при этом вторглись на чужую территорию. Результат вот он…

Я кивнул на монету, намекая, что это все оставшееся от секты.

— Знаешь, — задумчиво проговорил Костя, который уже не выглядел опьяневшим, — золото могу взять. Но сам должен понимать, что максимум за полцены. Мне его еще самому реализовать нужно. Плюс переплавка, а это еще некоторая потеря в металле. Так просто светить монеты не буду, уж очень у них вид палевный.

— Идет, — тяжко вздохнул я. Меня несколько огорчил такой грабительский процент. Сам я рассчитывал хотя бы на две третьих.

— Ха, не обижайся ты так, — в раз повеселел Костя и хлопнул меня по плечу. — За презренный желтый металл я тебе самое лучшее дам. Даже проведу на склад, где сам сможешь все выбрать.

— А когда?

— Хоть сейчас, — ответил собеседник. — Только придется минут десять идти. Пошли?

— Угу. Только парней захвачу с собою.

Вышли из палаточного лагеря впятером. Я с друзьями и Костя с напарником. Тем самым пареньком, у которого я срисовал пистолет. Кстати, кроме этого, напоказ выставленного ствола, слегка прикрытого курткой, у него имелся как минимум еще один в рукаве. Да еще и штанина подозрительно топорщилась, словно на щиколотке прикреплены ножны с клинком.

Костя привел нас к небольшому оврагу, сплошь заросшему кустарником и молодой порослью лещины. Чтобы пробраться к схрону пришлось идти на четвереньках, а кое-где и проползти.

— Старые колхозные подвалы, — сообщил нам Костя, остановившись возле небольшой деревянной двери, обитой железными листами. — Еще до революции строились. Видите, какая кладка?

— Кладка как кладка, — пожал плечами Сашка. — Я в этом не сильно разбираюсь. Со стволами что, когда смотреть будем?

— Не торопись, — ответил Костя. После этого присел на корточки и отцепил тонкую черную проволочку, державшуюся крючков на отогнутый край железа. Из-за своего цвета она была практически невидна.

Разобравшись с первой растяжкой, копатель толкнул немного дверь вперед и просунул в образовавшуюся щель руку под притолоку.

— Все, — сообщил он нам через полминуты, — можно проходить.

— Серьезно у вас тут с охранной дело обстоит, — присвистнул Никита. — Такая сигнализация любого… засигнализирует.

— На том и стоим.

Через узкий коридор Костя провел нас в просторное помещение, заставленное ящиками и картонными коробками. На стене висели несколько образцов оружия второй мировой. Парочка МП-38, ППШ, одна «мосинка» с примкнутым штыком и АВС. Все это увидели при свете нескольких керосинок, горевших тут до нашего прихода.