— Только вот дочь Завира оказалась слишком проблемной.

— Не спорю, — улыбнулся Дакир. — Ты строптивая девушка. Как говорит Кира — у тебя язык без костей. Ты не подчиняешься правилам. Ни во что не ставишь Совет. Ты вообще не способна существовать в обществе. Но и быть одиночкой ты не можешь, потому что вне стен — долго никто не протянет. И такая как ты… нужна моему сектору. Ты нужна Кресту.

Тишина. Кажется, он никогда не бросит попытки уговорить меня здесь остаться. Только я не тот человек, которому красивые слова сносят крышу. Дакир выбрал абсолютно не правильный способ, чтобы уговорить меня здесь остаться.

Я тяжело вздохнула и, отпустив голову, с силой провела рукой по лицу:

— Зачем ваш шпион вообще передавал обо мне сведенья?

Дакир стал выглядеть серьёзно:

— На тот момент сведений о Скверне было очень мало, поэтому передавали любую мелочь, если она имела хоть какое-то отношение к этой банде.

— И как много сведений о такой мелочи как я, вы получили?

— Не много. Самое интересное касалось твоей метки и твоей физической подготовки. Ты ведь сама решила начать тренироваться, если мне не изменяет память… Я не стану поднимать документ из архива, потому что он находится в секторе управления, а это сектор Блейка. Тебе ведь не нужно лишнее внимание?

— Кажется его итак через чур много. — Я не отрывала колючего взгляда от тёплых глаз Дакира. — И зачем я тебе?

— Во-первых, ты боец, а каждый боец у нас на счету. Во-вторых — я уже говорил, и мне не страшно в этом признаваться, — ты кладезь информации. Ты была названной дочерью Завира, ты бала в Скверне изнутри, ещё до появления Леона. Ты можешь рассказать нам о ней много полезного. Их количество, расположение, законы, планы…

Я всплеснула руками:

— Прошли годы со дня смерти Завира, там всё поменялось.

— Также как и многое осталось прежним. — Дакир мягко опустил свою большую ладонь мне на плечо. — Я очень надеюсь, что ты не считаешь меня своим врагом и согласишься на сотрудничество.

— То есть на то, что я соглашусь остаться в Кресте?

— В секторе обороны. Под моей защитой.

— Я и сама могу о себе позаботиться. — Я скинула с себя руку Дакира. — Я уже сказала: меня твои бредовые идеи по совершенствованию мира не интересуют.

Дакир терпеливо вздохнул, и на его лице появилась усталая, но понимающая улыбка:

— Я сохраню твой секрет в любом случае, Джей, даю слово. Но ты должна знать: у тебя осталось две недели, после чего ты должна будешь принять решение: остаться здесь, или покинуть Крест. И если ты решишь уйти… — лицо Дакира резко помрачнело, — я боюсь, ты никогда не доберёшься до Ангела.

И тут до меня дошло! Ох, чёрт, ну разумеется — долбанная конспирация! Хотите, расскажу, сколько человек из тех, кто решил покинуть стены Креста остался в живых? Вот вам мой ответ — не одного!

— И как вы от меня избавитесь? — Я истерично рассмеялась, скрестив руки на груди. — Вспорите старые раны, перед тем, как выпроводить за ворота? Обольёте свежей кровью или, может быть, вошьёте под кожу маленький чип, который потом разорвёт мою башку в клочья?

Больше Дакир не улыбался.

— Видит Бог, я этого не хочу, Джей.

— А ты не такой уж и святоша, — хмыкнула я. — Всё голову ломала, где же в идеальном Дакирае скрывается изъян!

— Это необходимые меры для выживания. Мы защищаем Крест и его жителей.

— Вы им даже не сообщаете, да? Тем, кто решает уйти. Что же вы с ними делаете?

— Снайпер, — тихо ответил Дакир, отведя взгляд к окну.

Я расправила плечи и опустила руки по швам.

— О-о… оказывается всё так просто. Значит, я получу пулю в затылок, как только переступлю порог Креста. Да вы просто гуманисты! Браво! — Я медленно захлопала в ладоши.

Молодец Джей. Ты в клетке.

Нашла Крест? Поздравляю!

Нашла Чейза? Поздравляю!

Нашла Кристину? Нет, и никогда не найдёшь!

Ты в клетке! Дверка захлопнулась!

— Мне жаль, — искренне произнёс Дакир. — Таковы правила.

— Точно. И ты бы не был членом Совета, если бы их не соблюдал, — тихо ответила я. — Я пошла.

Я двинулась к двери.

— У тебя две недели, Джей, — бросил в спину Дакир. — Я верю в то, что ты не самоубийца.

— А я уже ни во что не верю, — сказала я и повернула к нему голову. — Чейз знает?

Не поэтому ли он меня так ненавидит? Может вот она — разгадка? Явилась дочка Завира! Ну, того урода который превратил его в раба и заставил драться на смерть, так, ради потехи.

— Нет. И никто не узнает, — ответил Дакир и на этом наш разговор был закончен.

Представьте себе, что по дороге в свою новую камеру (теперь это слово для определения моей комнаты, просто идеально подходило), я не перебросилась с Чейзом ни одной гадостью!

Местными казармами стало большое пятиэтажное здание, даже не знаю, чем оно являлось раньше. Здание было очень старым и явно трещало по швам. Оно было сконструировано в виде буквы П, и внутри этой «буквы» располагался самый настоящий тренировочный корт.