— С нами Бог! — произнес капитан, широко перекрестившись. — Поднять паруса!

…Сколько времени занял путь, не знал никто: день слился с ночью. Люди валились с ног от усталости, автоматически выполняя команды капитана. И только чей-то зычный голос: «Огни!» заставил поверить, что не все еще пропало на этом свете.

— Должно быть, Колобжет! — наклонившись к уху ярла, пробасил капитан.

Да, это оказался Колобжет, небольшое поселение на берегу Балтийского моря. Его главной ценностью была уютная бухточка, позволяющая укрыться от бури и раздобыть лошадей.

И вот уже отряд мчится в направлении Щецина. Короткая остановка для смены лошадей, и опять — в путь. Чем дальше удалялись всадники от моря, тем сильнее рассеивался мрак. Вскоре впереди засияли купола Хавельбергского собора, от которого до Магдебурга — рукой подать.

…Папа принял гостя в доме местного епископа. Он сидел в кресле. Руки устало лежали на подлокотниках. Малиновая теплая мантия бережно укрывала тщедушную фигуру. На груди висел большой золотой крест. Голову венчала малиновая, в тон мантии, шапочка, под которой прятались редкие седые волосы, слегка выбиваясь из-под нее только на затылке. Впавшие глаза и щеки, пергаментный цвет лица выдавали его солидный возраст.

Папа вяло протянул руку гостю. Ярл бережно ее взял и, склонившись, поцеловал. В ответ папа сделал какой-то знак, похожий на благословение. Глазами он указал на стоящее рядом кресло.

К удивлению Биргера, папа в процессе беседы весьма оживился. Особенно когда ярл заговорил о желании продвигаться дальше на восток.

— Ты правильно решил, сын мой. Надо нести истинное Божье слово в эти дикие, отсталые племена. И я советую тебе объединить усилия с магистром Тевтонского ордена. Герман фон Зальц сумел объединить два ордена и теперь представляет в Европе внушительную силу. Кстати, аф Бьельбо, у него прекрасная племянница. — При этих словах глаза папы заблестели, но лишь на какое-то мгновение.

— Я ее видел, — смиренно сказал ярл, — и у меня, святой отец, в связи с этим есть к вам просьба. — И он поведал папе о своих желаниях.

Папа ответил не сразу.

— А она… согласна? — наконец спросил он, пристально вглядываясь в лицо собеседника.

— Ваше преосвященство, прежде чем затрагивать эту тему, я хотел бы знать… вашу волю.

Папа в ответ лишь усмехнулся. Биргер не настаивал. Спросил о другом:

— Магистр уведомлен о моем приезде?

— Да. Ступай с Богом, сын мой, — тихим голосом произнес папа и отпустил ему воздушный крест.

Словно на крыльях мчался Биргер в замок тевтонского магистра. Вопрос папы озадачил его. Раньше ему и в голову это не приходило. Считал, что главной преградой может быть только развод. А ее согласие… Да какая женщина откажется стать королевой?.. Ах, какая из Маргариты получится королева! Даже глаза папы, глубокого старца, засверкали при одном лишь воспоминании о ней.

Замок магистра смотрелся издали величественно и неприступно. Высокие темные стены внушали трепет и почтение, а наполненный водой окружающий ров свидетельствовал о том, что хозяева тщательно блюдут свою безопасность.

При приближении Биргера со стены послышались звуки рога. Подъемный мост опустился, и навстречу гостю понеслись несколько всадников.

Магистр предложил ярлу с дороги отдохнуть, но тот отказался, и тогда хозяин любезно пригласил его в свой кабинет. Это была довольно просторная комната с зарешеченными цветными окнами и двумя массивными столами. Один из них, на толстых резных ножках с полками, стоял у задней стены; за ним — кресло с высокой спинкой. На столе лежали лишь толстая книга да лист чистой бумаги. Другой стол, длинный, размещался под окнами и был окружен деревянными креслами. На стенах Биргер заметил портреты каких-то рыцарей. Помимо них стены были увешаны диковинным оружием, украшенным дорогими каменьями. Ярл понял, что это восточные трофеи. На полу, перед столом магистра, лежала шкура зверя с косматой головой и обнаженными клыками.

Они сели за длинный стол друг против друга. В начале разговора хозяин выразил восхищение смелостью гостя, рискнувшего совершить плавание по столь бурному морю. Ярл отделался шуткой и в свою очередь отпустил комплимент по поводу прекрасного содержания замка.

Разговор плавно перешел на восточную тему. Биргер не скрывал, что приехал прямо со встречи с папой.

— Его преосвященство очень интересует восточный вопрос, — сказал он.

Магистр понимающе кивнул:

— Я знаю. Папство давно мечтает простереть свою длань над востоком. Не удалось на юге — наверстать хоть на востоке. Не без их помощи, кстати, — магистр усмехнулся, — меченосцы и мы оказались у их границ.

— Какие возможности вы видите? — спросил Биргер.

— Возможности?.. — магистр встал из-за стола и стал медленно ходить по кабинету. — Сейчас, в связи с монгольским нашествием, наши возможности, полагаю, резко возросли. Если бы не это, русские так и оставались той силой, с которой мы вряд ли когда-нибудь справились бы.

— Вы хорошо знаете русских? — поинтересовался ярл.

— Еще бы! — воскликнул магистр. — Как никто другой.

— О, это интересно! Неужели вместе ходили в походы?