— Ни то, ни другое, юный сэр. Вы будете возвращены должным и безопасным образом. — Сирки замолчал, оглядывая аккуратно убранный, но несколько тесноватый интерьер обиталища Мэтью. — Я бы предположил, что после жизни здесь вам понравится морское путешествие. — Еще пара дюймов, и ботинки Сирки уперлись бы в противоположную стену. Он поморщился. — Вы не можете себе позволить больше личного пространства?

— Это пространство вполне приемлемо.

— О нет, в этом вы не правы. То пространство — я имею в виду то расстояние, которое вы решили поддерживать между собой и двумя лицами, которые осенью пригласили вас на обед, — совершенно неприемлемо. Неприемлемо ни для них, ни для меня, ни для него. Для него это на самом деле оскорбительно — что вы отказываетесь обедать со столь благородными гражданами.

— Благородными гражданами? — Мэтью рассмеялся бы снова, если бы не спохватился, что этот его смех может оказаться последним. — Я считаю их преступниками. Из стаи акул Фелла. И еще я думаю, что имена эти не настоящие. А он и правда доктор?

— Да, он доктор, — прозвучал безмятежный ответ. — И очень хороший — был таковым в Лондоне, несколько лет назад. Его специализация — яды. Но когда ему требуется надеть маску практикующего врача, он вполне на это способен.

— Еще вопрос, — атаковал Мэтью. — Фелл — он профессор чего?

Легкая улыбка тронула тонкие губы — и исчезла.

— Жизни, — ответил Сирки. — Во всем многообразии ее форм.

Тут уж Мэтью не мог промолчать.

— Вы хотели сказать — отъема жизни? Во всем многообразии его форм?

— Нет, я хотел сказать именно то, что сказал. Профессор — идеальный ученик жизни, юный сэр. Когда увидитесь с ним, попросите его объяснить, в чем состоят его интересы. Он будет рад прочесть вам лекцию на данную тему.

— Вряд ли эта лекция придется мне по нраву.

— Видите ли, — сказал Сирки, не сводя глаз с Мэтью, — иногда лекции, которые мы не желали бы слушать, на самом деле нам необходимы и притом более всего прочего нам полезны. — Он пошевелился в кресле и снова глянул направо и налево, на стены, потом на потолок. Мэтью увидел, как на его лицо легла тень беспокойства. — Тут у вас почти как в пещере, вам не кажется? Я бы не смог жить в таком помещении. Слишком, знаете ли, ценю здравый рассудок.

— Я вполне в здравом рассудке, — ответил Мэтью.

— Это нам только предстоит проверить. Вы дважды получали некое приглашение. — Сирки медленно подобрал ноги — как зверь, готовящийся к прыжку. Мэтью напрягся и всей душой желал бы оказаться рядом с дверью, но дорогу загораживал гигант-индиец. — Соблаговолите заметить, что недавно в вашем городе произошли досадные инциденты. Пожары, разрушение зданий, отчетливо написанное на стенах ваше имя? Это были напоминания, юный сэр, что время начинает истекать. Точно так же начинает иссякать терпение профессора. На вашем месте я не пожелал бы тянуть слишком долго.

— Кто жег эти здания и писал мое имя? Вы?

Сирки улыбнулся, как кот, и приложил к губам палец.

— Зачем Фелл хочет меня видеть, если не затем чтобы меня убить?

— Вы нужны ему, — ответил Сирки.

— Нужен? Для чего?

— Это я предоставлю объяснить хозяевам, к которым вы приглашены на обед. Они также изложат подробности поездки. А теперь слушайте меня внимательно. Как я уже отметил, я говорю голосом того лица, которое я представляю. Сегодня вечером вам надлежит пойти в дом Мэллори к семи часам. Заметим: сегодня. Вам подадут великолепный обед — потому что Ария готовит как никто, — и вас посвятят в подробности. Но отнюдь не во все, как сами понимаете. — Бриллианты передних зубов сверкнули при свече. — Есть вещи, которые лучше не знать до тех пор, пока это знание не понадобится. Клянусь вам, что с вашей головы и волоса не упадет — он это гарантирует. Если, конечно, Господь своей волей не потопит ваш корабль, в каковом случае клятва становится недействительной. Но у нас умелый капитан и хорошо подобранная команда. Корабль там. — Он показал рукой в сторону океана. — Ночью он подойдет ближе к берегу.

Ария, — подумал Мэтью. Настоящее имя Ребекки Мэллори. Интересно, какая у нее фамилия.

— Вы не сказали мне, зачем я ему понадобился. Пока я этого не услышу, никуда не двинусь. И уж точно не пойду на обед к этим змеям.

Сирки молчал, пристально глядя на Мэтью. Очевидно, обдумывал ответ. Лицо его могло соперничать по безмятежности с полированной маской.

— У профессора Фелла, — ответил он наконец, — имеется проблема. И ему нужен решатель проблем. Что он сказал мне в точности? Он сказал… что ему нужен всадник авангарда. Разведчик, сказал он. Человек, который идет впереди своего отряда и определяет его путь. Подходит ли это описание к вашей обычной работе?

У Мэтью закружилась голова. Он не мог поверить своим ушам.

— Фелл хочет меня нанять?

— Ситуация несколько сложнее. Дальнейшие объяснения вы получите в гостях у тех милых людей, что так давно приглашают вас к обеду. — Массивный человек внезапно поднялся, заполнив собой, казалось, половину комнаты. Даже не казалось, а так оно и было. Индиец слегка нагнулся, чтобы не зацепить потолок чалмой. — Простите мое вторжение, — сказал он, — но я от всей души желал удержать вас на правильном пути, юный сэр.