– Может, тогда мне стоит уйти раньше. Не хочу быть обузой. Только скажи, есть ли здесь еще племена?

– На Скайре много чего и кого есть. И племена, и целые цивилизации с городами. Но на нашей стороне, где произрастают Тихие леса, есть только мы и город Суллор, там живут наши злейшие враги – бескалы. Они очень жестоки и не принимают чужаков, никогда. Так что, если хочешь выжить, оставайся здесь, а я уж как-нибудь перетерплю тебя.

– А Скайра - это… - я не успела закончить, как Макки перебил.

– Скайра наша земля, вода и небо, все вокруг – это Скайра. Мы ходим по ней, дышим ее воздухом и питаемся ее плодами. Тлько последние несколько веков Скайра обозлилась на нас. Она не дает нам жизнь, лишь забирает.

– Почему?

– Раньше эти леса назывались Тихими по праву, но два вида не поделили их, и разожгли войну. Так продолжалось несколько веков, акатти и бескалы вели ожесточенные бои и погрязли в крови. Тогда Великая Скайра наложила проклятье на наши города.

– На города?

– Да, акатти когда-то было много, и у нас был большой город с множеством деревень. Мы торговали, выращивали скот и зерно, но потом все изменилось. Теперь осталось всего несколько деревень. Акатти гибли от проклятья.

– А как же бескалы? Их по-прежнему много?

– Их всегда было больше, а после всего остался один единственный город – Суллор. Он очень большой, и бескалов все еще больше.

– Что же это было за проклятье?

– Проклятье Скайры очень жестоко, – и взгляд Макки устремился на небо, которое просматривалось через те круглые окна.
– Если бескал убьет акатти, то дети убитого погибают вслед за родителем и наоборот. Скайра решила, если мы не одумаемся, то погибнем все.

– А что же теперь?

– Мы все еще враждуем, и наши дети все еще гибнут. Так как акатти желают истребить бескалов, а те нас. Мира не вышло, поэтому скоро оба вида исчезнут с лика Скайры. – Макки опустил глаза, сейчас в его взгляде было невероятно много тоски и боли.

– Это ужасно… - я поняла, что оказалась в мире далеком от совершенства, здесь одни желали смерти других, а остановиться даже ради своих детей не хотели.

– Ладно. Пора спать, – он лег и отвернулся к стене.

Сон никак не шел. Столько мыслей посетило голову, а самое главное, неясно, почему оказалась именно здесь и для чего? Но, может быть, оракул и вправду даст ответ, подскажет дорогу обратно? Оставалось лишь молиться, чтобы так оно и вышло. Когда наступила глубокая ночь, я выглянула в окно и посмотрела на небо, в этот момент послышался шорох в кустах недалеко от частокола. И скоро оттуда вышел Карук, тот самый, которого встретила прошлой ночью. Он подошел ближе и уставился на меня. Карук стоял спокойно и тихо-тихо издавал какие-то звуки, виляя при этом хвостом. Тогда я высунула руку и помахала ему, все-таки он не пожелал моей смерти. Этот огромный зверь продолжал смотреть в глаза, а спустя несколько минут ушел обратно в лес.

Уснуть удалось только под утро. Когда же проснулась, Макки уже не было. Я встала, отодвинула шкуру, что прикрывала вход, и посмотрела вниз. Акатти давно поднялись и занимались своими делами. Кто-то таскал воду из колодца, кто-то разжигал костер, кто-то плел корзины, лишь вождь со своей женой спокойно восседал на шкурах около шатра и наблюдал за детьми, которые резвились и играли подле них.

Вождь не особо выделялся на фоне остальных, его главным отличием было широкое ожерелье из деревянных бусин, всевозможных клыков и когтей, которые чередовались между собой, образуя нехитрые узоры. Ожерелье начиналось с середины шеи, спускаясь к плечам и груди, а по кромке украшения шла бахрома из красных, белых и черных нитей. В остальном Укатри походил на сородичей - он был высок, худощав и, наверно, крепок. Из-за окраса сложно было судить об их возрасте, морщин на лицах акатти почти не имелось, единственное, что помогало судить о возрасте – это глаза, точнее взгляд. У старших представителей племени взгляд был глубокий, спокойный.

Я же решила спуститься, но стоило ступить на землю, как они все остановились, десятки глаз были обращены в мою сторону. Чувствовалось дикое напряжение, но Укатри окрикнул их, а после жестом подозвал меня к себе:

– Садись чужестранка. – произнес Укатри, продолжая смотреть вперед.

– Спасибо, – я села по левую руку от него. – А где Макки?

– Как и другие воины, он отправился к Большой воде. Помимо охоты, мы занимаемся рыболовством, но на обитателей Большой воды в одиночку идти нельзя. Существа, живущие в толще воды, опасны и также желают поймать добычу.

– Ясно. А можно мне будет покидать деревню?

– Зачем? – вождь повернулся и посмотрел на меня с удивлением. – Ты что-то забыла в джунглях? Или кого-то?

– Нет, мне только хотелось… - но Укатри перебил.

– Пойми, чтобы тебе начали доверять, не стоит вести себя так странно. Там опасно и никто кроме охотников и воинов в Тихие леса не суется. Если хочешь смерти, то можешь идти, но обратного пути не будет.

– А если я попрошу Макки? Ему можно сопровождать меня?

– Да. Но отчего такое стремление?