— Скип! Я тебе Волка привел!

Кожаный недовольно взглянул на привратника.

— Какого еще волка? Ты, сявка, почему не на посту?

— Так ведь… — «Вратарь» растерялся. — Он сказал, что вы знакомы… Братан, говорит, я Скипу почти кровный…

— Где он?

Проводник вытянул руку в сторону Волка. «Кожаный» бросил на лейтенанта холодный взгляд и покачал головой.

— Не знаю его. Казачок, наверное. Отведи в левый тупик и шлепни.

Володя попятился, но приказ Скипа услышал не только привратник. Находившиеся поблизости бойцы тут же схватили лейтенанта за руки и отняли оружие.

— Дай! — Проводник протолкнулся обратно и забрал свой пистолет у разоружившего Володю воина. — Лично ему чайник просверлю, подлюке!

Такой вот получился «переход». Вместо скипа — программной лазейки Скип — вождь зарождающейся революции. Волк только теперь заметил, что у всех толпящихся в этом тоннеле людей на рукавах одинаковые красные повязки с белым кружком и черной латинской «s» внутри. Идиоты! Нашли время! Тут не повязки надо на рукава цеплять, а в гермокостюмы и противогазы наряжаться. А еще лучше — уматывать куда подальше. Ведь если полигон действительно не имеет аварийных выходов и рассчитан на одну серьезную игру, режиссеры вполне могли устроить не имитацию ядерного нападения с помощью залпа корабельной батареи, а настоящее светопреставление. Килотонн на двадцать. А после такого фейерверка захватывать руины мэрии, облачившись в кожаные штаны, просто смешно…

Но все-таки… Как же так? Зачем? Кому и для чего нужны такие изуверские тренировки?

Провожатый затолкнул Волка в узкий коридорчик и сделал пару шагов назад. Четверо бойцов выстроились в шеренгу и клацнули затворами автоматов. Бежать было некуда. Метров через двадцать коридорчик заканчивался тупиком.

Вот и все. Полный «плис». Володя вдруг остро почувствовал, насколько был самоуверен. Более того, он был беспредельно туп в своем упрямстве! Он никак не мог признаться себе в очевидном. В том, что этот полигон не просто реален, но еще и неуправляем. Что за ним не следят никакие программы и его законы вовсе не соответствуют игровым. Теперь за свое упрямство ему предстояло заплатить жизнью. И что особенно обидно — он так и не понял, зачем его притащили в этот свихнувшийся город-призрак. В этот странный осколок безумных фантазий на тему альтернативной истории двадцать первого века…

Да и фантазий ли? Мысль была неудобной, но под прицелом пяти стволов думалось быстро и без поправок на здравый смысл. Вернее, на въевшиеся в подкорку догмы.

Если все, что творилось в городе, не было игрой — это первый удар по традиционному мировосприятию. И если город располагался в северном полушарии и жил по законам двухсотлетней давности — удар еще более сильный. С минуты на минуту здесь должен начаться ядерный апокалипсис — апперкот.

Но что, если это не выдумка?.. Мысль была абсолютно бредовой, и сознание упорно не желало ее принимать. Что, если в далеком двадцать первом все происходило именно по такому сценарию? Нокдаун.

Следствие было совсем уж фантастичным. Если злодеи хотят устроить «войну» в мире, стилизованном под прошлое, — ха-ха, привет программистам! Но… вдруг это действительно позапрошлый век и война будет реальной?! Нокаут?

Каким-то невероятным образом лейтенант экономбезопасности Волк очутился в далеком прошлом? Абсурд? Да, конечно. Но вовсе не абсурд эти пятеро палачей, что целятся в него из древних автоматов. Как же совместить здравый смысл с этим кошмарным сном-явью?

Дождаться залпа? Да, «смерть», бесспорно, даст окончательный ответ на все вопросы. Если это все-таки убедительная игра — даже полигонная, с пометкой «плис», будет шок, ментальное расстройство, курс реабилитации в спецклинике «Мегаполиса»… пожалуй, и все. А вот если это реальность… не будет ничего. Лейтенант Волк, как биологический индивидуум, исчезнет в пучине времен. С ума сойти можно. Если, конечно, это еще не случилось…

Волк попытался вспомнить все, что читал и осмысливал на тему путешествий во времени. Получилось маловато. В основном вспоминались аксиомы вроде «время одномерно и необратимо». Как же объяснить существование этого города? Параллельный мир? Что-то такое было в двух-трех кинороманах.

Но как и куда попадет лейтенант Волк, если ему суждено выжить и выбраться? В свое Управление, к себе домой или в новый мир? Ведь история цивилизации «Мегаполисов» не упоминает о ядерной войне в двадцать первом веке и о том, что жизнь в северном полушарии все-таки была…

Все эти размышления заняли буквально пару секунд. За это время расстрельная команда успела прицелиться.

«О чем я думаю? — Волк поднял тоскливый взгляд к потолку. — История, время, параллельные миры… трещины… Трещины?!»

По сводчатому потолку действительно ползла широкая зубчатая трещина. Она змеилась почти бесшумно, только шуршали осыпающийся песок и мелкая бетонная крошка. Стряхивая пыль, Володя провел рукой по макушке. Трещина переползла на потолок основного тоннеля и расширилась. Теперь из нее сыпались камешки и комья земли довольно угрожающих размеров. Бойцы тоже запрокинули головы кверху. Когда же на одного из них упал ком земли размером с тумбочку, воины проворно отпрыгнули подальше. На месте остался только незадачливый проводник. Он стоял по ту сторону трещины и никак не решался пробежать сквозь камнепад, чтобы присоединиться к товарищам. О приказе Скипа он давно забыл.

Следом за трещиной пришла ощутимая вибрация. Дрожали стены, а пол уходил из-под ног. Володя попятился, уперся спиной в тупик и замер. Чему быть, того не миновать. Но… Не расстреляли, значит, у судьбы другие планы. Может, и с камнепадом-землетрясением пронесет.

А потом и мозги на место вправит… Надо же, до чего додумался — в параллельное прошлое его занесло! Да еще в северное полушарие. Причем в самую точку, в момент катастрофы. Чокнулся совсем!

По главному тоннелю заметались вопли. Словно продолжение потолочной трещины, в полу образовался провал, только шире, и разверзся он со страшным скрежетом. Волк невольно зажал уши. Это помогло, но лишь отчасти. Потолок начал рушиться, и низкий тяжелый грохот обваливающихся глыб проникал прямо сквозь кожу. Свет в тоннеле погас, и стало совсем жутко. Грохочущая тьма вдавливала в холодную стену тупичка, оглушала и выворачивала наизнанку. Земля и камни сыпались, казалось, со всех сторон. Ноги не шевелились — Волка засыпало уже почти по пояс. Он прикрыл голову руками. Свободного пространства оставалось все меньше.