Король посмотрел на женщину таким взглядом, отчего ей уж в какой раз показалось, что он заживо сдирает ее кожу, и хрипло произнес:

– Я мог дать ей все, чего бы она не пожелала!

– Это неправда. Вы это сами знаете, - спокойно возразила глава Вайтерон.
– Единственное, на что могла рассчитывать Анжей - это на вечный статус вашей любовницы.

Король отрывисто рассмеялся и издевательски спросил:

– Вы бы хотели, чтоб она стала моей женой?

– Нет, - признала женщина и холодно произнесла: - Я бы хотела, чтобы она никогда не попалась вам на глаза, чтоб вы даже не знали о ее существовании. Чтобы она жила так, как до встречи с вами, вышла бы замуж, родила прелестную дочь, стала бы следующей главой...

– И никогда бы не познала любви, - угрюмо добавил Редрик.

– А что хорошего принесла ей эта любовь? Раньше она знала только физическую боль, а из-за любви к вам познала и душевную. Лучше совсем не знать любви, чем такую, какую она испытывает к вам.

– Это не вам решать, - холодно произнес король, поднялся на ноги, тем самым сказав, что разговор окончен, дошел до двери, оглянулся, кинул взгляд на гордо расправленные плечи главы рода Вайтерон и вышел из комнаты.

Когда дверь за спиной короля с тихим хлопком закрылась, плечи Виктории поникли. Она тихо, почти беззвучно разрыдалась, сжимая юбку платья дрожащими руками.

***

Стоило ему войти в свой кабинет, взглянуть вглубь комнаты, как Редрик в шоке застыл.

Возле его стола стояла и виновато улыбалась та, которую он вот уже две недели пытался найти.

– Анж, - выдохнул с болью и потрясением Редрик и хотел сделать шаг вперед к ней, но вместо этого развернулся и зло взглянул на облокотившуюся спиной о стену Лионору.

– Зачем ты?..
– со злостью и ненавистью произнес через зубы Редрик.

Лионора улыбнулась приторно-ядовитой, ликующей улыбкой и с нарочитым беспокойством ответила:

– Я лишь хотела услужить моему королю. Вы не довольны?

В следующую секунду Редрик прижал ее к стене и сжал пальцами горло.

– Ты играешь с огнем, Лионора, - прошипел со злостью и предостережением король.

Фигура Лионоры вдруг слегка поплыла словно рябь на воде, и вот Редрик прижимал к стене Анжей Вайтерон. Его пальцы тут же ослабли, а губы женщины растянулись в улыбке и голос, который он так жаждал услышать, полился из чужого рта:

– А так вам нравится, мой король?

Редрик зло хмыкнул, схватил за руку Лионору, потащил ее к столу, сгреб свободной рукой вещи, кинул женщину на него, задрал ее платье, припустил свои штаны и грубо вошел.

Это было не она. Все его нутро кричала об обмане, подделке, лжи, но он продолжал двигаться сильнее, резче, болезненнее. Это не останавливал ни плачь, ни скулеж, ни мольбы такого обманчиво родного и желанного голоса.

Когда все было кончено, он толкнул женщину на пол, взглянул на ее заплаканное лицо и презрительно бросил:

– Чего ревешь? Ты же сама этого хотела!

Редрик развернулся, направился к двери, не видя, как заплаканная личина Анжей спала с Лионоры, обнажив довольную усмешку на ее губах.

Он быстрым шагом шел по коридору, мимо вежливо склонившихся слуг, почтительно приседающих в реверансах дам и склонивших в поклоне мужчин.

Ему вдруг стало тошно от их лиц, от их слов, от воздуха, которым он дышал с ними. Стены коридоров словно сжимались вокруг него, давили на разум, удерживали тело словно в клетке.

Он ускорил шаг, мечтая сорваться на бег и убежать из этого мирка лицемерия и лживого добродушия.

А он ведь является не лучше их. Он, наоборот, намного хуже. Но другой не смог бы выжить в этом змеином котле, не смог бы справиться с ними, заставлять их склоняться перед собой, не смотря на то, что в мыслях каждый представлял, как вырывают ему сердце своими ногтями и сжирает своим ртом.

Редрик очутился на балконе. Набрал ночной воздух полной грудью и закричал. Громко, не сдерживаясь, вкладывая в крик все те мысли и чувства, которые затягивали его в пучину отчаянья.

Он кричал долго, до хрипоты, до того, как его горло не сдавила боль.

Казалось, с этим криком он вырывает что-то такое нежное, важно и правильное из своей души и отдает словно в дань ночи.

Когда ночь вновь одолела тишина, Редрик сжал камень на груди, дождался, когда он наполнится голубым светом и хрипло произнес:

– Дэй, отзови всех, кого отправил искать Анжей Вайтерон.

– Но...

– Дэй, - за все годы их знакомства в голосе Редрика впервые проскользнула мольба.