Впрочем, и безо всякого «мокрого грома» здесь хватало поводов испачкать исподнее. Забравшись в какой-то тесный двор, образованный безглазыми многоэтажками, Назар остановился в недоумении и принялся нервно оглядываться. Следом остановились остальные, невольно пытаясь проследить взгляд проводника. Один только Ведун стоял неподвижно с напускным равнодушием. Высоко над его головой мерзко вскрикивали медленно кружащие твари.

– Что-то не так? – быстро спросил Зигфрид. Его правая ладонь рефлекторно сжалась, словно нащупывая рукоять меча.

– Я не могу понять… – пробормотал Назар. – Здесь же должен быть выход. Вон там, где сейчас дом стоит…

– Этот, что ли? – Зигфрид с интересом поглядел в сторону серой многоэтажки. С сомнением поглядел на Назара. – Может, ты перепутал? Заблудился и мы не тем путем пошли?

– Я уже подумал об этом, – растерянно отозвался послушник. – Да только вот мой знак – я нарочно им безопасный путь отмечаю… – он кивнул в сторону ближайшей стены, на которой некогда был выведен углем бледный от времени крест, обведенный кругом.

– Не могли же здесь построить новый дом? – семинарист с сомнением поглядел на послушника. – Или могли? Неужто у вас еще строят дома?

– Ты с ума сошел, – отозвался тот. – Кто же сейчас многоэтажки строит?

– Тогда что это значит? – спросил Тридцать Третий.

– Это значит, опять вы на свою глупую веру положились, – произнес Ведун. – Как те страусы.

– О чем вы? – пролепетал Назар.

Ведун не ответил. Просто вышел вперед и выбросил перед собой длинную костлявую руку – в сторону странного дома, которого не должно было здесь быть. И будто дыхнуло горячим ветром, взметнуло полы его длинного балахона. Бетонная громада вдруг пошла мелкой рябью – и растаяла, обнажив за собой темный проход в старых развалинах.

Обалдевший Книжник шагнул в ту сторону, стремясь рассмотреть поближе произведенный Ведуном эффект. Но Зигфрид остановил его, прихватив за плечо.

– Что это было? – потрясенно спросил Назар.

Ведун опустил руку, но смотрел не на спутников – он внимательно оглядывал пустые глазницы окон.

– Засада! – тихо сказал Зигфрид и потянул меч из заспинных ножен. – Кто-то на нас видения наводит!

– Похоже на то… – пробормотал Книжник приподнимая арбалет на уровень глаз. – Эй, Назар! Кто здесь у вас умеет в чужих мозгах ковыряться? Может, шамы?

– Шамы? – растерянно озираясь, пробормотал Назар. – Не знаю…. Нет у нас никаких шамов…

– Смотрите! Опять! – крикнул Тридцать Третий.

Все обернулись.

– Какого Вотана… – Зигфрид изумленно поднял руку, как будто нащупывая воздух перед собой.

Пока они разглядывали несуществующий дом впереди, за спиной неведомо откуда выросла десятиметровая кирпичная стена – совершенно натурального вида, покрытая застарелыми трещинами и разводами цементного раствора.

– И здесь! Опять! – воскликнул Назар, крутясь на месте, как безумный, и тыча пальцем то в одну, то в другую сторону.

На месте растаявшего «дома» уже возник новый – но уже гораздо ближе и несколько грубоватый, как будто слепленный на скорую руку. И тут же, как в бредовом сне, из земли вырос еще один дом, поменьше, а из него поползла вбок кривая кирпичная стена. Все это росло, приближалось, смыкая вокруг пораженных людей все более и более тесное пространство. Как-то отстраненно Книжник отметил про себя: все эти новые дома и стены – просто копии тех, что стояли рядом, – будто кто-то делал мгновенные полноразмерные копии того, что видел вокруг. Но кто он, этот «кто-то»?!

А люди топтались на месте, не зная, что делать, куда бежать, где прятаться, с какой стороны ждать удара, – ведь происходящее не могло быть каким-то бессмысленным развлекательным зрелищем.

И в центре всего этого, закрыв глаза и воздев жилистую руку, стоял Ведун и тихо бормотал какие-то заклинания. И вдруг Назар набросился на него, вцепился в основание черного капюшона, закричал высоким срывающимся голосом:

– Это же ты – ты все устроил, да?! Ты – посланник Сатаны, ненавистник праведной веры! Ты решил погубить наши души!!!

Ведун распахнул огромные бешеные глаза, с силой оттолкнул взбесившегося послушника, потряс над головой кулаками, зычно выкрикнув:

– Да отвяжись, кретин, фанатик несчастный! Я же пытаюсь сдержать их!

– Кого их?! – упавшим голосом спросил Книжник.

Ответа не последовало.

И началось.

Все эти грозно надвигавшиеся дома и стены вдруг поплыли грязными акварелями, а из них полезли какие-то черные мохнатые лапы. Настолько омерзительные и страшные, что из глотки семинариста вырвался полный ужаса вопль – только после этого он выпустил в жуткую мешанину шевелящихся конечностей первый арбалетный болт.