Ведьмино жилище оказалось домиком гнолльей же постройки, хотя и обустроенным на человеческий манер. В частности, расширенные окошки оказались затянуты чем-то вроде мелкой рыбацкой сетки, и эльфийка издала завистливый вздох — ее за ночь, проведенную в доме некой сердобольной гноллихи, гнус обглодал до костей. Сами-то гноллы, от природы покрытые шерстью, насекомых совершенно не замечали и защитой от них озабочены не были. Еще при домике была обширная пристройка, и запахи, которыми несло оттуда, не так просто было бы описать. Гнусноватые были ароматы, хотя вместе с тем и не лишенные завлекательности. Так может, пожалуй, пахнуть страх, или темнота, или недобрая память; короче, не похоже было, что в пристройке этой ведьма держит заурядную кухню. Дверь дома была попросту притворена, но на двери пристройки висел самый натуральный замок — тщательно ухоженный, жирно блестящий маслом и более органично смотревшийся бы на каком-нибудь складу посреди Копошилки.

— Ого, — Чумп почесал в затылке. — Если бы оттуда так не пахло, я бы обрадовался. А то совсем уж заржавел без любимого дела. Но туда залезать мне совершенно неохота!

— Охота, не охота, а надо. Мало ли, какие там полезности?

— Ты думай, чего советуешь! — вскипела Тайанне и наподдала книжнику еще разок. — Это ж не твой подвал, или там чердак, где ты там ютишься? Это совершенно чужое помещение, и туда залезать нельзя!

У Хастреда глаза на лоб полезли.

— Это ты говоришь? Спершая папину яхту?

— Так то папина, почти что своя. Да и папа вряд ли бы стал против нас поднимать всяких местных гноллов!

— И на наши боевые резервы зариться тоже.

Боевой резерв появился из домика, таща в охапке деревянное ведерко и целую кучу самых разнообразных веток, следом же за ним вышла и сама ведьма, перелистывая кипу грубых пергаментных листов.

— Придется рисовать, — пояснила она. — Сколько вас всего?

— Нас, гоблинов, четверо, да эльфа, да орк, да еще Вово, — охотно поделился Хастред. — А Вово, он такой… его наверно за двоих считать надо.

— Одержимый?

— Хм. Вроде незамечен, — книжник озадачился. — Я имею в виду, он такой… крупный такой он. Одержим разве что желанием пожрать, зато уж на всю катушку, от души, ни отнять ни прибавить.

— Додик он, а не одержимый, — объяснила добрая эльфийка.

— Вы уж определитесь, на скольких мне готовить! — ведьма потешно подергала острым носом, вновь напомнив мышь или еще какого грызуна. — На одержимого и впрямь двойной расчет, а на додика так и вовсе, по-моему, не нужно. Я ж не вес ваших задниц выясняю, а на сколько персон мне проход заказывать!

— Еще, может, Фанту прихватить? Она смешная. Спрайтиха.

— Спрайтиху вам еще! Феям, аберрациям, полудраконам, констрактам, гигантам, плантам и уж подавно — аутсайдерам те пути закрыты.

— Не надо нам спрайтих, — согласился Чумп. — Вот тоже мне юный генерал, набиратель воинства! Считай семерых, почтенная. Только, ежели позволишь, пара вопросов — каким именно образом ты нам собираешься пособить и не требуется ли от нас какого содействия?

— Так ведь гзур-то вернулся! — напомнил Хастред. — Чего ж нам-то будет?

— Во-первых, гзур ходил под богом, да не под каким-нибудь пинателем чуждых задов, вроде нашего Занги, а под самим Энурезом, какому, почитай, полмира в предрассветный час кланяется. Во-вторых, он вернулся, но не факт что дошел докуда надо! Очень тебе надо сюда вернуться?

— Уболтал. Так правда, любезная ведьма, что от нас требуется и что из этого получится? Говори без стеснения, всем что в наших силах — поможем!

Ведьма оторвалась от своей груды записей, с прищуром глянула поочередно на обоих гоблинов — тех пробрал нехороший холодок.

— Значит так, — затараторила ведьма неудержимо, словно бы прорвавшая подгнившую запруду горная река. — Пойдете на север, найдете в горах большую пещеру, вход в нее давно затоплен, а может еще и завален, но вы ж герои, вам не привыкать. Проберетесь в пещеру, только осторожнее! Звука лишнего не издайте! В пещере спит на сокровищах древний красный дракон Тогнаургарз, Несущий Огненную Смерть. Осторожно, не вздумайте его разбудить! Костей не соберете, хоть пятерых своих крупных додиков с собой возьмите, дракон — это вам не абы какая лошадь.

Кижинга судорожно закивал, проникаясь к странной лесной женщине не только тупым обожанием, но и искренним уважением. Согласен был на все сто, дракон — зараза еще та, с ней только гоблинам и якшаться.

— В пещере дракона хранится волшебный кубок, в котором сам Айс-Эйс смешивал в свое время варево раздора, чьи эманации весь мир подняли на междоусобную войну. Дракон его подобрал в руинах последнего оплота колдуна, когда был еще несмышленым вирмлингом. С тех пор прошла не одна тысяча лет, дракон злата и драгоценностей натаскал не одну гору, думаю — завалил тот кубок к стремгодовой матери, так что выкапывать его, да не выкопать. Но надо. Так что, вот оно вам первое задание.