Шрифт:
– Да я и не паникую, – сказала Марина. Про себя она несколько раз произнесла слово «Марина». Мозг никак не отреагировал. Тогда она произнесла: «Лёлик». Тоже ничего.
– Откуда вы знаете, что я профессор?
– Догадалась.
– Догадались? Как?
– По тому, как вы посмотрели на медсестру.
Женщина переглянулась с пожилым мужчиной. Тот улыбнулся.
– Это ваш муж? – спросила Марина.
– Тоже догадались? – видно было, что женщина не поверила. – Ну, если дело так дальше пойдет, то все будет нормально.
– Где мои родственники?
Этот вопрос привел их в замешательство. Только Иван Григорьевич смотрел не растерянно, а очень сосредоточенно. Вообще, у него был не медицинский взгляд. Какой-то другой…
У нее внезапно заболела голова.
– У вас есть мать, – сказал он. – Она живет в другом городе. Ее зовут Елена, вот ее фотография. Может, вспомните?
Он подошел к кровати, поднес к ее глазам фотографию. На ней Марина увидела немолодую стройную женщину с короткой стрижкой и недовольно надутыми губами. Губы были красивые – полные и ярко накрашенные. У женщины был капризный вид, она как-то странно изогнула шею, словно говорила: «Ой, да отстаньте!» Мало того, что она была совсем не знакома Марине, она ей еще и не понравилась. Сказать ли об этом пожилой?
– А вы кто… какой врач? – спросила она.
– Я психолог. Я здесь, чтобы вам помочь, Марина.
– Эту женщину я не помню. Она красивая, но мне не нравится.
– У вас были не очень теплые отношения, – сказал Иван Григорьевич.
– Почему она не здесь?
– Именно поэтому. Ваши родители были в разводе, и вы жили с отцом.
– Где же отец?
– Он умер два года назад. Он был очень богатым человеком и оставил вам большое состояние. Вы обеспеченная женщина, Марина.
– Покажите мне его фотографию.
Теперь перед ней было лицо худощавого, коротко стриженого мужчины. Он улыбался. Было такое ощущение, что специально. То есть позировал. Увидев его, она ничего не почувствовала.
– Скажите, – повернулась она к пожилой, – а это нормально, что я помню какие-то основные понятия, ну, не знаю… как это объяснить.
– Я поняла, – женщина успокаивающе улыбнулась. – Это нормально. Существуют очень разные стадии комы. Бывает не до основных понятий. В тяжелых случаях организм забывает, как дышать. У вас совершенно другой случай, более легкий. Вы помните буквы, Иван Григорьевич сказал, что вы прочитали надпись на пузырьке с лекарством, вы помните страну и город, примерно помните время, в котором живете. В конце концов, вы помните родной язык!
– А бывает, что не помнят?
– Медицине известен случай, когда после аварии человек забыл родной язык, зато помнил иностранный, который учил в школе. Учил он его очень плохо и сильно пожалел об этом. На долгие годы в его распоряжении было лишь несколько фраз.
– Он восстановился?
– Да. И вы восстановитесь. Завтра мы проведем кое-какие обследования, назначим лекарства, потихоньку начнете подниматься, сидеть, потом вставать. Принесем сюда телевизор, книги, все-все сделаем. Это наша забота. Вы просто живите, не насилуйте себя. Память восстановится сама и в самый неожиданный момент. Вас ждет счастливая жизнь, вам не надо думать о деньгах, все у вас есть, вы молодая, вы… молодец! Все будет хорошо!
«Она хотела сказать «красивая», – подумала Марина. – Но не сказала, запнулась… И еще они не говорят, сколько времени я была без сознания. Наверное, очень долго…»
– Оставьте мне обе фотографии, – попросила она.
Иван Григорьевич посмотрел на женщину, та сказала: «Да-да».
5
Справка.
Отец – Королев Михаил Александрович. Родился в 1960 году в Свердловске. Мать – учительница начальных классов. Отец погиб за неделю до его рождения (утонул).
После окончания школы приехал в Москву, чтобы поступать в Институт стали и сплавов, но не прошел по конкурсу. Устроился работать на завод «Станколит» (специальность: формовщик ручной формовки), через год был призван в Вооруженные силы. Служил на советско-финской границе. После окончания срока службы поступил в Институт нефти и газа…
Иван Григорьевич улыбнулся. Ему почему-то показалось, что человек, составлявший эту справку, ужасно мучился и метался от стиля к стилю. Как составляются такие справки? Что это: рекомендация для приема на работу, материалы для книги, биография будущего депутата? Нет на свете такого жанра, и можно только посочувствовать сотруднику фонда, получившему задание написать для Марины Королевой все, что она должна знать о своем отце.
Главный врач отложил справку в сторону и, упершись подбородком в поставленную локтем на стол руку, задумался.
А что бы он внес в такую же справку, если бы ему надо было составить ее для себя? Предположим, что он, Иван Григорьевич – такой предусмотрительный человек, что предусмотрел собственную ретроградную амнезию. Предположим также, что в эту справку можно внести абсолютно все. Наука сделала это возможным. Кто-то хранит свои стволовые клетки, кто-то – сперму, кто-то замораживает всего себя целиком, а он составляет страховку на случай потери памяти.