Демона!

Я облизнула окровавленную губу и потянулась свободной рукой в карман рубашки за мелом.

Демона? Сейчас будет вам демон!

Арман снова поливал рыцарей огнём — ненадолго: освящённые мечи, похоже, были сильнее драконьей магии. И рыцарей, конечно, оказалось больше, дракону снова негде было развернуться. Но он дал мне шанс дорисовать схему. И, когда дракона скрутили повторно, я уже шептала нужные слова, напрочь забыв про неудачу с призывом в гробницах.

Результат превзошёл все мои, даже очень смелые, ожидания.

Схема засияла алым, поплыла, расширяясь, и с грохотом выплюнула из себя вполне себе материальное, громадное существо, нестерпимо сверкающее алым и воняющее серой.

Ха, а я-то духа первого уровня звала!

Существо — оживший кошмар — нагнулось, сцапало меня за шиворот, подняло на уровень глаз — алая бездна, скривило рот в гротескной улыбке и протянуло громадный коготь к моей руке.

Я взвизгнула, но коготь, очертив маленькую алую царапину, убрался. Зато, когда кровь из царапины резво закапала на существо, попав на губы, демон, улыбнулся.

— Чего ты хочеш-ш-шь, гос-с-с-спожа?

Я хотела завопить: "Поставь меня на пол!", но вместо этого пролепетала:

— Убей их!

Существо посмотрело на окружающих его рыцарей и с сомнением громыхнуло:

— Это жер-р-р-ртва?

Я истерично закивала.

Демон снова скривил губы.

— Хор-р-рошо… Оз-з-звучишь своё желание поз-з-з-же, тёмная гос-с-с-спожа. И благодарю… за щедр-р-рый пир-р-р-р.

В следующее мгновение меня мягко поставили на пол. Ещё одна волна жара и нестерпимого запаха серы — и ни существа, ни рыцарей в коридоре больше нет.

Я недоумённо помотала головой, пытаясь прийти в себя, когда Арман сунул мне в руки завёрнутого в его плащ пленника и, отрастив крылья, потащил нас к дыре в потолке (которой до этого вообще-то не было).

Ещё спустя пару мгновений мы оказались в зале с дыбами, и Арман, превратившись в дракона, торопясь, и расширяя дыру в потолке шипастым хвостом, подцепил нас когтями и потащил в небо — подальше от горящего, кричащего и некогда белого здания.

Арман летел всю ночь, половину её я провалялась то ли без сознания, то ли в мутном сне, укрывая своим плащом и прижимая похищенного пленника. Практически всё это время я была уверена, что мы несём мертвеца — я не чувствовала дыхания — только жуткий запах. Правда, не сладковатый — гниения. Вроде бы.

Утром мы приземлились на окраине маленького островка у каких-то развалин.

— Алиска, зови своих духов, — задыхаясь, пробормотал Арман, падая на землю рядом с пленником.

Я дрожащими рукам схватила ближайшую ветку, принявшись чертить схему, про себя вспоминая то чудовище, возникшее вместо духа первого уровня. Но вот лежал уставший до смерти Арман, пленник — сам чуть не обеими ногами в могиле, и я совершенно ничего не могла для них сделать, кроме как попытаться правильно призвать.

Может, именно поэтому всё прошло, как по маслу. Я решила не мелочиться и вызвала троицу пятого уровня и первым делом приказала обустроить для нас хотя бы шалашик, найти нормальную одежду и разобраться с едой.

Справились они однозначно лучше меня, и очень скоро Арман нежился в свежепринесённой ванне — даже с лепестками роз (где только достали?), а я осматривала пленника. Судя по зеркальцу, приставленному к губам, он был скорее жив, чем мёртв, но "опознать" я его по-прежнему не могла. Трудно опознать скелет, обтянутый кожей — честно. Укрепляющие зелья, проданные целителем по большей части текли по губам — глотать этот живой мертвец явно не собирался.

— Алис, а если ты сделаешь то же самое… ну, когда виноград вырастила? — подал голос Арман. — Это же жизнь? Вот и это, вдохни в него, ты же можешь.

О да, я могла, я знала. Но как у меня это получалось?

Я закрыла глаза, положила руки пленнику на голову, подождала… Ничего не происходило.

— Арман, я не знаю, как.

Дракон присвистнул.

— Ладно, будем надеяться, он дотянет до моего дома, а там разберёмся.

Мда, за те дни, пока мы возвращались домой, я поняла, что лучше бы в своё время интересовалась целительством, чем жертвоприношением. Кому она нужна, эта тёмная магия, когда вот он, человек умирает, и, может статься, из-за меня.

Но мы с драконом были умными, и следующей ночью, когда мы остановились у какого-то большого города, Арман слетал за целителем. Как он умудрился отвести столько глаз — не знаю. Но целитель прилетел, посмотрел на пленника и развёл руками, сообщив, что пациент, конечно, пока дышит, но это ненадолго. И вообще милосерднее добить.

В отместку, Арман бросил целителя в пригороде, оставив недоумевать, как он там оказался.

А, вернувшись, дракон, заявил:

— Значит, отнесём в Хотфолд, вдруг это всё-таки тот самый Александр. Я обещал тому параноику тело за манускрипты.