Эти исполины также шли к центру арены, но в отличие от предыдущей пары участников они с удовольствием приветствовали зрителей. Вальяжно махали руками, поднимали некоторые цветы, брошенные дамами. Весь их проход к центру арены напоминал эдакий «марш победителей» или «выход короля к свите».

– Мы чувствуем в вас магию. Не повезло вам, парни, это как раз по нашей специализации. Лучше сдайтесь, не стоит оттягивать миг нашего триумфа, – заговорил один из братьев.

– Ты кого парнем назвал, совсем зрение подводит, банка консервная. Дык я ща поправлю! – закричал укутанный в плащ с крестом боец… женским голосом и сорвался в атаку.

Бой начался.

Фигура бойца буквально размылась от его скорости. Обе руки окутало сияние, иногда можно заметить даже всполохи молний. Девушка резво прыгнула к одному из бойцов и ударила его в живот. Странно, воин явно видел атаку, но не то что не атаковал, даже не вскинул щит. Просто спокойно ждал приближения противника. Удар девушки получился, судя по всему, сокрушительный. В месте, где она стояла, из-за отдачи разлетелся песок, поднимаясь в воздух и оголяя землю, которая в свою очередь была испещрена сетью трещин. Смертельный удар для многих. Но стоило пыли осесть, зрители с недоумением увидели следующую картину: девушка так и продолжала держать кулак, упёршийся в живот противника, и, не веря, смотрела на место удара. А доспех в месте удара был совершенно невредим, и даже воин, видимо, не получил не то что повреждений, но и отдачи. Словно девушка просто стукнула кулачком по бетонной стене – совершенно бессмысленно и бесполезно. Продолжая, не веря, смотреть на свой кулак, она даже не отреагировала на ответный удар воина. Тот с какой-то даже ленцой отвёл свой монструозный щит и ударил им застывшую девушку так, что ту откинуло на пару метров к своему напарнику.

Трио воинов кинулось было за ней, но из бугрящейся земли вылетели огромные шипы, пробившие двух воинов. Третий же словил огромное бревно-таран и совершил небольшой полёт с ним в обнимку.

– Ой, парни, я смотрю, к вам магия не липнет, как пыль после антистатика. Таки я вас немного разочарую. У меня тут всё натурпродукт. Немного магии для удобрений – а дальше само растёт, «шо любо-дорого посмотреть».

В полном молчании зрителей поднялись воины, все трое. У двоих был пробит доспех, но раны не кровоточили. Доспех же третьего заимел трещину, но, судя по свободной походке, ни о каких переломах речи также не шло.

– Мы достойного противника сегодня встретили, братья. Следует вспомнить заветы учителя и речами образумить наглеца, дабы понял он, что нет смысла в бесполезном сражении, его участь предрешена, – заговорил другой брат.

– Видишь ли, маг, ты правильно заметил, магия не действует на нас. Свои доспехи мы укрепили пластинами из материнского дерева дриад, что подарило им высокую прочность и способность к небольшому поглощению магии, – продолжил третий брат, не замечая, как после упоминания о дриадах свечение доспеха мага стало постоянным, а глаза запылали кровавым светом. – Но мы пошли дальше, маг. Воинам дарована чудесная регенерация. Порезы закрываются на глазах. Правда, лишь физические, не магические. Однажды в бою одному из нас монстр вырвал руку. Но стоило лишь приложить её к плечу, как благодаря чудесной регенерации она приросла назад. И тогда мы поняли, как решить нашу проблему с уязвимостью к магии. Древесина деревьев дриад всегда славилась укрепляющими и антимагическими свойствами, что мы и использовали в доспехах. Но сами дриады были куда интереснее. Они, как магические создания, могли не просто сопротивляться магии, но и поглощать её. Тут-то и пригодилась наша регенерация и наша смекалка. Повернись, брат, покажем этому глупцу всю степень бесполезности сопротивления нам.

Один из братьев развернулся спиной к говорившему, и тот чем-то быстро щёлкнул на рюкзаке доспеха.

Крышка рюкзака раскрылась, и зрители на аренах ахнули. Из рюкзака виднелось маленькое задеревеневшее тельце. Из спины воина, вживленная по пояс в эту спину, была видна почти одеревеневшая маленькая дриадка с исказившимся в немом крике задеревеневшим лицом. Крышка рюкзака закрылась.

– Как видишь, наша регенерация позволила даже приживить на наши тела части тела дриады, позволяя ей жить, а нам пользоваться в полной мере её антимагическими способностями. У каждого из нас по такой дриаде, тебе никогда не победить нас, маг, не трать времени, просто сдайся на милость сильнейших, то есть нас.

Восхвалявшие свою смекалку воины и зрители, поражённые этой отвратительной картиной, даже не заметили метаморфоз мага. А там было на что посмотреть. Его доспех буквально пылал кровавым светом. Маску уже было трудно рассмотреть – глаза светились так ярко, что на них трудно было глядеть. За спиной виднелись огромные ветви-крылья.

– Думал, по-быстрому сделаю консервы-удобрения из вас, ребята, и пойду отдыхать. Но вам не повезло, поцы, теперь… за такое… я из вас, уроды, буду гумус делать с особым энтузиазмом проктолога, любящего свою работу.

Из огромных крыльев ударили лианы. Но не по врагу. Они вертикально ушли в землю, зафиксировав тело друида. И сразу же вынырнули из-под земли рядом с девушкой. Оклемавшаяся к этому моменту девушка была заключена в плотную сферу из лиан и корней, что на внешней стороне ещё и покрылась шипами и странными цветами.

– Рок, сегодня работаешь по профилю, передавай по ним мне жизненную энергию. В общем, лечи.

Странно, но вспыльчивая во всех случаях девушка лишь коротко кивнула и опустила руки на совершенно безопасные на внутренней стороне лианы.

Друид взглянул на небо. По нему плыло большое облако, но в скором времени обещало показаться солнышко. От этого странного созерцания тучи его отвлёк грохот приближающихся воинов. Те все втроём ринулись в атаку, с грацией бегущих носорогов.

Но со стороны друида атаки не последовало. Он лишь немного присел, и по его доспеху начала идти рябь. Во множестве трещин коры начали появляться ветви. Они росли очень тесно, переплетались в непонятные конструкции, круги и спирали. Одновременно с этим все эти ветви начали покрывать множество больших шипов.