Лицо Атии расслабилось.

– Его душе будет спокойнее, если она будет знать, что его все еще помнят. Ты не забыла попросить богов, чтобы они присматривали за отцом и Квинтом?

– Конечно, не забыла! – На этот раз Аврелии не пришлось прикидываться.

– Хорошо. А теперь пойдем на рынок. Нужно купить то, о чем я забыла сказать Агесандру.

Взгляд девушки метнулся в толпу при упоминании Агесандра, но, к ее облегчению, его нигде не было. Если повезет, они встретят его только в доме Марциала. Чтобы купить все по списку, Атии потребуется некоторое время. Однако не так много, как обычно. Когда они были на рынке в предыдущий раз, Аврелия заметила, что мать стала заказывать меньше еды; сегодня она поступила так же.

Аврелия не стала задерживаться на этих мыслях; их вытеснил образ Гая. Она представила, как он улыбнется, когда увидит ее. И как он красив в своей форме! Потом он предложит ей руку, чтобы они могли погулять. Скажет что-нибудь приятное о ее внешности. Наклонится, чтобы коснуться ее губ своими…

– Подай монетку, юная госпожа!

Аврелия заморгала и вздрогнула от ужаса. Рядом с ней стоял одетый в лохмотья нищий, и его морщинистая ладонь с обрубками пальцев оказалась совсем рядом с ее лицом. Но на этом его уродства не заканчивались. У несчастного практически не было носа, лишь две зияющие дыры под воспаленными слезящимися глазами. Казалось, вместо кожи у него чешуя, как у змеи. Лицо покрывали маленькие красные шишки, размером не больше ногтя, и припухлости размером с косточку от персика. Аврелия множество раз видела прокаженных, но не так близко. Обычно стража не впускала их в городские ворота Капуи. Девушка отпрянула – она страшно испугалась, что заразится ужасной болезнью.

– У меня нет денег.

– У такой богатой юной госпожи? – Голос прокаженного был вкрадчивым, но полным недоверия. Он снова замахал уродливой рукой перед ее носом. – Мне поможет даже самая маленькая монетка, если ты не против.

– Отойди от моей дочери!

Прокаженный раболепно поклонился и отскочил назад.

– Да сохранит нас Асклепий от такой судьбы. – Атия поманила дочь к себе. – Обойди его.

Аврелия невольно посмотрела на несчастного. Хотя он вызывал у нее глубокое отвращение, ей стало его жалко. Быть обреченным на такую ужасную медленную смерть – едва ли что-то могло быть хуже.

– Пожалуйста, мама. Дай ему что-нибудь.

Атия посмотрела на дочь, потом вздохнула и потянулась к кошельку. Какое значение имеет одна монетка при наших проблемах?

– Вот. – В воздухе сверкнула полудрахма.

Прокаженный потянулся к ней, но не смог поймать своими изуродованными руками. Маленькая серебряная монетка упала на землю, и он ее подобрал, благословляя их обеих именами всех богов.

Аврелия посмотрела вниз и ахнула. На левой ноге у него не было пальцев, а на месте правой остался лишь обрубок, замотанный тряпкой.

– Пойдем, дитя. Ему хватит этого на еду на несколько дней, – мягко сказала Атия.

Они быстро зашагали прочь, а прокаженный исчез в толпе.

– Я не заболею? – К Аврелии снова вернулся страх.

– Нет, с благословения богов. Он к тебе не прикасался, и ты была рядом с ним совсем недолго. – Атия бросила взгляд через плечо. – Должно быть, стража у ворот сегодня утром спала, если они пустили такое существо в город.

Она наморщила нос; опасаясь, что мать почувствовала аромат своих духов, Аврелия сделала шаг в сторону. Однако Атия продолжала идти вперед, и девушка поблагодарила богов за удачу.

Сначала они зашли к гончару, потом в лавку, где продавали вино. Там Атия начала препираться с владельцем из-за качества вина, которое она заказала в прошлый раз, и Аврелии стало скучно. Ее внимание привлекли сережки и ожерелья, выставленные у входа в лавку ювелира, которая находилась напротив, и она направилась туда, чтобы получше разглядеть украшения. Как только она оказалась рядом с ними, на нее налетел невысокий лысеющий человек в хорошем греческом хитоне. Он пробормотал извинения; Аврелия не сводила взгляда с украшений и не обратила на него особого внимания.

Ювелир, египтянин с пронзительным взглядом, сразу заметил интерес Аврелии.

– Чем я могу помочь?

Она улыбнулась.

– Я подошла лишь посмотреть.

– Пожалуйста, заходи, я полностью к твоим услугам. Ты можешь примерить все, что пожелаешь.

Аврелия вздохнула. Своих денег у нее не было. Она бросила грустный взгляд на Атию, но просить мать не имело никакого смысла. Она наверняка скажет, что с нее достаточно украшений, которые она сейчас носит, – пары золотых подвесок с голубыми стеклянными бусинами и простого золотого кольца с гранатом. Мать ничего не станет для нее покупать до самой свадьбы.

– Мне нравится вот это, – заявила она, указывая на ожерелье с дюжиной маленьких трубчатых красных и черных камней.

– Сердолик и гагат, – пояснил ювелир. – Из Парфии. Красиво, верно?

– Да.

– Не хочешь примерить? – Его руки уже расстегивали замочек. – Оно будет гармонировать с цветом лица. Твоему мужу оно понравится, а обойдется совсем недорого.

Аврелия не стала возражать. «Гаю ожерелье понравится», – подумала она. Девушка уже собралась разрешить ювелиру приложить ожерелье к своей шее, когда услышала громкие голоса за спиной. Она повернулась и увидела в винной лавке невысокого мужчину, который с ней столкнулся, и Атию, чем-то ужасно разгневанную. Аврелией овладело любопытство.