– Проверь.

По спине Жас прокатилась капля пота.

Мужчина подошел к ней и брату. Проигнорировав Жас, он уставился на Робби.

– Ждал встречи с тобой лицом к лицу, – сказал он. – Чтобы передать тебе это, – он плюнул. Густой плевок угодил прямо в щеку Робби. – За то, что ты сделал с… – Он осекся. – С Фуше.

Потом он ударил Робби пистолетом в висок.

Жас попыталась удержать Робби, когда тот начал падать, но оказалась не с той стороны. Он уткнулся лицом в каменную стену и повредил прежнюю рану. Кровь мгновенно хлынула ему за ворот, под куртку.

– Не смей его бить, – возмутилась она, бросаясь к Робби.

– Заткнись, а то сама получишь.

Жас обхватила брата за голову.

– Робби?

Он хрипло ответил:

– Я в порядке.

– Только тронь их еще раз, и я расправлюсь с твоей подружкой, – крикнул Гриффин, еще сильнее заломив руку Ани. Она проглотила крик.

– Можешь делать с ней все, что угодно. Мне нет до нее никакого дела. Я здесь, чтобы забрать осколки сосуда.

– Хочешь, чтобы она умерла ради того, чтобы забрать их?

Человек не обратил на Гриффина никакого внимания. Он присел рядом с Робби.

– Ну что же, месье парфюмер, где они? – Голос его прозвучал тихо, почти ласково.

Когда Робби не ответил, грабитель воспользовался пистолетом, как молотком, ударив его.

– Перестаньте! – крикнула Жас, схватив его за руку. Мужчина отшвырнул ее в сторону, но, сделав это, он повернулся спиной к Гриффину, который отпустил Ани и прыгнул на него.

Ани успела выкрикнуть предупреждение:

– Уильям!

– Держи ее! – крикнул Гриффин Жас.

Монахиня пыталась встать на ноги. Жас добралась до нее в два прыжка. Несмотря на силу, ей было слишком больно. Она пыталась сопротивляться Жас и почти победила, но Жас сумела схватить ее за раненое плечо. Сдерживая слезы, Ани впервые взвыла от боли.

Жас навалилась на нее и прижала к полу.

Мгновенно ее окутал запах Ани. Такие интимные ароматы, пот, кожа, дыхание. Жас смогла различить черный чай и можжевеловые ягоды, хлопок и тальк, намек на соль и еще что-то.

Вонь человека, изнасиловавшего Мари-Женевьеву, насмехавшегося над ней. Он говорил о том, что ее бог не смог ее уберечь от страдания. Тот был мужчина, а это женщина. Но запах у них был одинаковый.

Нет. Не теперь. Жас не могла позволить сознанию исказиться. Не теперь.

Она подняла взгляд в поисках Робби. Фонарь на шлеме осветил угол, где, как показалось, разверзлась земля. Робби там не было. Потом она увидела, как он ползет к Гриффину. Вероятно, чтобы помочь. Но, измученный болью, Робби едва передвигался.

Гриффин боролся с незнакомцем. Фонари на шлемах создавали на стенах камеры бешеный танец света и теней, метавшихся по полу, разбросанным костям и обломкам.

Потом незнакомец высвободил правую руку.

– Осторожно! – крикнула Жас, когда тот поднял руку.

Гриффин успел уклониться, пистолет пролетел мимо. Гриффин вцепился в него сильнее, и они снова покатились по полу.

Теперь они боролись в дальнем углу камеры, скрывшись в темноте.

Жас не видела, что там происходит, и слышала только стоны. Был ли это голос Гриффина или незнакомца?

Мощная вспышка молнией пронеслась по помещению.

Незнакомец стоял, а Гриффин лежал.

– Ну, хватит. Где эти проклятые черепки?

Гриффин посмотрел на Жас.

– Ладно, Жас, отдай ему футляр.

Она готова была сказать, что его у нее нет, но передумала. Что он делал? Чего хотел от нее?

– Брось его сюда. Пусть подавится. У нас нет больше выбора, – приказал Гриффин.

Что ей делать?

– Тебе отдать? – спросила она.

– Нет, не мне. Отдай ему, Жас.

Гриффин имел в виду только одно. Он хотел, чтобы мужчина отвлекся. Жас схватила лежавший рядом с Ани череп, которым раньше воспользовался Гриффин. Стараясь целиться не в мужчину, но рядом с ним, она бросила череп – достаточно близко, чтобы он подумал, что сможет его поймать, но достаточно далеко, чтобы не дотянулся.

Через камеру полетел темный предмет.

Мужчина поднял руки, думая, что это то, что ему нужно, и потянулся, стараясь поймать.

Как раз в этот момент Гриффин столкнул его с уступа.