Шрифт:
Даже одной затяжки оказалось достаточно. Жас бросила сигарету на дорожную гальку и загасила ее ногой, заметив символ инь и ян из черно-белых камушков вокруг обелиска. Обо всем этом восточном влиянии она тоже забыла.
– Пойдемте обратно, – сказала она, и пока они шли, она задавала ему вопросы.
– У вас есть какие-то соображения о том, где мой брат?
– Нет, пока ничего.
– А кто этот человек, которого вы здесь нашли?
– С ним тоже пока не ясно.
– Что вы имеете в виду?
– В дневнике вашего брата обнаружилась запись о встрече с Шарлем Фуше, репортером из «Международного журнала духов». И хотя человек с таким именем, связанный с журналом, действительно существует, в настоящее время он уже пять дней как находится в командировке в Италии.
– Значит, вы не знаете, кого здесь нашли?
– Именно. Знаем только, что у него нет криминального прошлого. В базе Интерпола отпечатков его пальцев нет.
Они дошли до лаборатории. Французские окна были все еще открыты.
– Инспектор, дневник Робби у вас?
– Да, у меня.
Марше жестом предложил Жас войти первой. Войдя следом, он закрыл двери. Жас их снова открыла. Ей не хотелось дышать всеми этими изнуряющими запахами.
– Можно мне его дневник? – спросила она.
– Это вещественное доказательство.
– Берите любую нужную информацию, можете даже отксерить его, если надо, но я бы хотела иметь… – Она осеклась. – Вещественное доказательство?
– Да.
– Робби пропал. Я думала, что вы ищете Робби, потому что он может быть в опасности.
– Да. А еще потому, что в этой ситуации он подозреваемый.
– Я не понимаю. По телефону вы сказали, что Шарль Фуше… или кто он еще… умер естественной смертью. Что у него был приступ астмы.
– Верно, приступ астмы, вызванный тем, чем он надышался.
– Но Робби в этом не виноват. Человек сознательно пришел в мастерскую парфюмера.
– Похоже, что ваш брат жег здесь ядовитые химикаты, и это вызвало приступ.
– Мой брат – парфюмер. Он работает со всевозможными токсичными веществами. Определенно, вы не можете…
Марше наклонил голову, сопротивляясь ее словам.
– Мадемуазель, нам ничего не известно. Пока не известно. Но вы могли бы помочь нам узнать больше. Осмотритесь, гляньте на то, что на столе, и скажите, что за духи создавал ваш брат и ради чего он жег здесь хлорид бензила.
– Инспектор, кто-то пришел сюда встретиться с Робби. Кто-то, выдавший себя за другого человека. Теперь брат пропал… Мы знаем только, что его похитили. Как можете вы делать вывод, что он совершил убийство?
– Мадемуазель, я не делаю никаких поспешных выводов. Я далек от этого. Я только перебираю все возможные варианты. Один человек погиб. Другой исчез. Похоже, из лаборатории что-то пропало. Непонятно, украдено что-нибудь или нет. Нам пока ничего не известно, но позвольте заверить, я обязательно все выясню.
Глава 18
Когда детектив ушел, Жас села за стол брата и начала методично просматривать его бумаги. Что еще ей оставалось делать? Необходимо было попытаться узнать, над чем работал Робби. С кем он встречался. Во что оказался втянут. Возможно, полиция уже обыскала его вещи, но, может, существовал ключ, который они не заметили.
С ее братом не могло случиться ничего плохого. Он должен быть где-то рядом.
Она вскочила от внезапного звонка телефона и уставилась на него, словно это было живое существо, притаившееся и готовое напасть. Телефон зазвонил снова. Включился автоответчик.
Марше сказал, что они отслеживают все звонки. Ей не надо было отвечать, если только это не Робби. А если он ранен, или в беде, или остался у друга и теперь звонит ей?
– Бонжур?
Молчание.
– Робби?
Кто-то дышал в трубку, потом тишина, потом щелчок. Проклятье. Не надо было произносить его имя. А если он пытался связаться с ней? Что, если Робби в беде и просит о помощи? Возможно, он не хочет, чтобы полиция узнала об этом. Может быть, они подслушивают. Если бы она его узнала, он не смог бы ответить даже в самой отчаянной ситуации.
Нет, так думать было глупо. Робби даже не знал, что она в Париже. Кто бы ни звонил, он хотел поговорить с Робби, но, услышав ее, испугался и повесил трубку.
Она смотрела на телефон, мечтая, чтобы он зазвонил снова, кто бы это ни был. Тишина дразнила ее воображение.
Вернувшись к тому, что она начала делать, Жас открыла верхний ящик стола и стала перебирать его содержимое, но в этот момент из сада в дверь ворвался ветер. Счета, конверты, письма и записки разлетелись по комнате.