За стенами взревело особенно громко — видимо, матч наконец завершился. Значит, скоро в гостиной будет очередное сражение отважных студентов с многоразличными спиртными напитками. Особенно усердствовали в деле их добычи близнецы Уизли, знавшие, благодаря своему пронырливому характеру, несколько тайных ходов из Хогвартса в Хогсмид. Обычно огневиски приносили на празднования именно они. К чести их, надо заметить, что ученикам младше третьего курса огневиски они не наливали, а бутылки были заколдованы хитрыми чарами, навроде старого возрастного круга директора Дамблдора. За последние два месяца они изрядно выросли в области необычных заклинаний: мои заказы требовали по-настоящему искусных и преданных мне людей, а за звонкое золото близнецы могли позволить себе и хорошие книги, и довольно дорогие материалы. К удивлению старост и профессоров, шутки близнецов постепенно уходили в прошлое, и только я знал, что они сосредоточились на реальной работе. Над подходящей шуткой для «профессора» работа застопорилась — Фред и Джордж так и не смогли придумать ничего достаточно изящного, чтобы это смотрелось как случайность. Рисковать же парой небесполезных мне людей и подставлять их под гнев заместителя министра я не собирался. Посему, получив от меня ящик Перуанского порошка и мешочек золота, близнецы углубились в новый эксперимент.

Парой часов спустя я подходил к Визжащей хижине. На этот раз я решил для разнообразия подождать Луну, написавшую мне письмо, не в кустах, а спрятаться за дезиллюминационными чарами прямо в поле. Несколько минут помучавшись, я добился-таки полного соответствия того холмика, которым я казался, остальному пейзажу, но долго эти чары не продержались бы даже при моей концентрации.

Луна как и всегда пришла на несколько минут раньше оговоренного. Закутанная по самые брови в шарф причудливой расцветки, она неспешно брела по заброшенной проселочной дороге, сопровождаемая распушившим хвост книззлом. Кот прыгал вокруг девушки и изредка громко мяукал.

Луна подошла к хижине и остановилась под скатом крыши, осматривая окрестности. Я уже собирался было вставать, сбросив чары, как вдруг увидел нечто интересное.

Покосившаяся крыша Визжащей хижины была усеяна вдоль ската небольшими сосульками. Одна из них внезапно оторвалась и полетела вниз, однако Луна резко шагнула в сторону, и ледышка в пол-ладони безвредно упала в застывшую на холодке грязь. Я готов был поклясться, что сосулька оторвалась совершенно беззвучно, но...

— Похоже, вы не перестаёте преподносить сюрпризы, мисс Лавгуд, — я встал с земли, и Луна радостно улыбнулась мне.

— А вы по-прежнему подстерегаете меня в засаде, да, мистер Норд? — она весело и совсем не смущаясь улыбнулась в ответ.

— Это… старая привычка, — хмыкнул я. — Вы только что почувствовали летевшую к вам с крыши сосульку.

— Случайность? — пожала плечами девушка.

— Маловероятно, — покачал головой я. — Если нечто повторяется несколько раз на моих глазах, я уже не смогу считать это случайностью.

— И что это тогда? — с просыпающимся любопытством в голосе спросила Луна.

— Это стоит изучить подробнее, — я криво улыбнулся.

Если я не ошибался, подобный талант можно и нужно было развивать, а то, что проявился он у хрупкой девушки, неспособной поднять боевое оружие… Это было не так страшно.

— Но для этого, — я наклонился и погладил с подозрением обнюхивавшего мои сапоги книззла, — мне нужно будет раздобыть кое-что к нашей следующей встрече.

— Хорошо, мистер Норд, — довольно улыбнулась Луна. — Вы один из немногих людей, с кем интересно общаться.

— Возможно, другие не могут оценить вас по достоинству, мисс Лавгуд, — погрузившись в мысли о том, как можно проверить одну идею, механически ответил я.

Луна неожиданно залилась жарким румянцем.

— Мистер Норд, — справившись со смущением, продолжила она, — могли бы вы отвезти меня на ту поляну, где мы впервые встретились?

— Вы хотите раздобыть пару паучков для зелий, мисс Лавгуд? — оскалился я.

— Там растут лунные лилии, и осталась всего неделя до окончания сезона сбора.

Даже напрягая память, я не смог вспомнить, для чего нужны были эти красивые, но абсолютно бесполезные цветы.

— Они не вянут с приходом осени? — на всякий случай мягко уточнил я.

— Нет, — возмущённо фыркнула она. — Лунные лилии расцветают осенью и цветут до начала зимы.

— Хорошо, мисс Лавгуд, — я вытащил из кармашка на поясе уменьшенную метлу.

Книззл недовольно заворчал, когда его посадили возле стены хижины, но последовать за нами не пытался. Эти создания были весьма умны, и Домитиэнус понимал, что за ним вернутся.