Но думать времени не оставалось. Дракончик порхнул к закрытой двери в комнату, где содержался пленник Горана. Ключи лежали на полке открытого ящичка в стене.

Девушка взяла их осторожно, чтобы не стукнули, и, молясь, чтобы закрыты были только механические замки — не сенсорные, быстро открыла дверь.

— Закрывай сразу! — велели ей сбоку.

Она было оглянулась на него ненадолго и повернулась к двери выполнить приказ, но, поняв, кого именно увидела, снова уставилась — неприлично, но именно уставилась! — на невысокого мужчину в трёх шагах от себя; как простушка же — открыла рот: непривычно короткие волосы беспорядочными прядями облепили его лицо, сотворив с ним чудо: Рольф превратился из чуднОго длинноволосого типа — в довольно симпатичного парня.

Он нетерпеливо шагнул к ней, отобрал ключи и запер все замки, какие только нашёл. И только открыл рот, чтобы сказать что-то, как на его плечах очутились два кошачьих дракончика: один взлетел, второй — забрался с пола по штанине, а затем — по застёгнутой на все пуговицы рубахе. Девушка перебила его, начавшего было говорить:

— Откуда у тебя дракончики?

Он, не глядя, склонил голову направо:

— Мой Авис. — Склонил голову налево: — Твой Малыш. Он ещё летать не может. Слишком сильно перебиты крылья.

— Но почему он не идёт ко мне? — рассердилась девушка.

— Ты виновата в том, что его избили. Он это знает.

— Я?! — поразилась Кети. — Я?! Каким образом?! Меня тоже избили!

— Ты ушла из дома в опасное для вас обоих место, поругавшись с родителями, что и повлекло избиение невинного в твоей ссоре с родителями зверя… Ты собираешься препираться со мной дальше? Или мы всё-таки попробуем выбраться отсюда?

— Но куда?

— Туда, где Горан не дотянется до нас обоих.

— Ты думаешь, он может что-нибудь сделать…

— Он уже пообещал! — Теперь Рольф нетерпеливо перебил её, после чего почти умоляюще попросил: — Ты не могла бы чуть-чуть помолчать? Мне нужно немного времени для сосредоточенности.

— Да делай, что хочешь! Я же не мешаю! — проворчала девушка, но следом за ним присела перед неровным круглым отверстием в стене. Как-то невнятно подумала, что вовремя успела переодеться. Если уж удирать, то лучше это делать в брюках. А ещё радостно вспомнила, что в дорогу у них есть кое-какой стратегический пищевой запас — конфеты, стащенные у Горана.

… Рольф на секунды застыл перед отверстием, держа перед ним ладонь со сжатыми пальцами, будто пытался ощутить ладонью, дует ли из дыры. Он почуял, что похудевшее лицо осунулось ещё больше, словно опало. Больше всего он боялся, что не получится ударить бесконтактно. Хотя и знал, что сразу после принятого на себя проклятия силы не уходят. Он сделал нужное движение резко — словно собирался хлопнуть ладонью по дыре. В следующий миг оба отскочили, едва не свалившись на пол: обвал поверх дыры оказался сильнейшим. Стена, казавшаяся до сих пор монументальной, просто рухнула, обнажив проржавевшие металлические конструкции, державшие штукатурку. Теперь в стене появилась не просто дыра, но настоящий проход в средний человеческий рост.

— Идём.

— Подожди, а где твоя обувь?

— У меня не было обуви, — нетерпеливо сказал Рольф и, схватив её за руку, потащил в полутьму за стеной.

— Ты думаешь, нам грозит опасность из-за Горана?

Он резко остановился, придержав её за плечи, и выдохнул ей в лицо:

— Твой отец сломал Горану руку, которой тот ударил по лицу твою мать. Как ты думаешь, грозит ли нам опасность?

— Почему ты раньше не сказал?

— Когда? Да и… Не хотел давить на тебя. Думал, что всё обойдётся.

— Папа сломал Горану руку, — пробормотала она на ходу, послушно следуя за ним и, кажется, ничуть не сомневаясь, что тот видит во тьме. — А за что Горан… Мою маму?

Рольф не ответил. Силы ещё были, но он уже чувствовал, как ледяным холодом оползает его сердце взятая у Горана боль. Если понадобится пустить в ход руки, он скоро не сможет сделать и половины того, что раньше делал легко. Но сейчас он пока может сделать хоть что-то — поэтому надо торопиться… И ноющий от холода затылок… Хотя какая теперь разница?

Обернулся к девушке, которая чуть не наткнулась на него.

— Кети, сможешь повиноваться мне хотя бы один день беспрекословно?

— Целый день! — возмутилась она и вдруг сникла: — Смогу. Я тебе должна. Почему тебе отрезали волосы?

— … Горан нашёл вариант для шантажа, — не сразу отозвался Рольф, продолжая быстро идти вперёд.

— Но ты не поддался? Молодец! — похвалила его девушка, и он улыбнулся в темноте. — А с волосами — не горюй, отрастут ещё. Хотя мне нравится, каким ты стал.