… Он спал и видел странные сны: люди испытывали боль и страдания, и это было похоже на ад, потому что продолжалось, казалось, бесконечно, но потом люди перестали кривиться и кричать от боли и один за другим начали уходить… Стая кошачьих дракончиков на шамане постепенно редела, уничтожая концентрат проклятия Горана. Отваливался от тела Рольфа отдохнуть то один, то другой дракончик, взяв свою долю внедрённого в локоть страшного мучения и уступая тем, кто ещё силён и может вытягивать боль дальше… Чем меньше зверьков оставалось на Рольфе, тем светлей становились его сны. Пока он не «увидел», что спит не один, а с Кети. Сон был такой реалистичный. Он чувствовал даже тепло её тела, поэтому в один из моментов сна открыл глаза, чтобы убедиться, что всё правда, что Кети здесь, а значит — она и правда кричала то, о чём он помнил, как сквозь сон. Он закрыл глаза и притянул её к себе. Девушка буркнула ему что-то, тоже явно сонная, и он буркнул ей: «Ага», и они снова уснули.

Дверь захлопнуть — одно. Другое — оставить её открытой.

Когда они проснулись, дракончики дружно чавкали кормом, который им дали, пока постояльцы делового номера спали. Для молодой пары столик был накрыт, конечно же, отдельно. Но когда Рольф и Кети проснулись, несколько дракончиков прогуливались вокруг этого столика и плотоядно попискивали, принюхиваясь к запахам из-под салфеток.

— Мы встаём? — сонно спросила Кети.

— Наверное… — прошептал Рольф. С глоткой всё ещё было плохо. Разодрана.

— Не разговаривай, — сразу строго сказала Кети. — Ой… А есть можешь?

Он кивнул. По ощущениям, он ползал, а не двигался. Сначала сползал в ванную комнату, где немного пришёл в себя. Потом приполз в комнату, где его ожидала одежда, чистая и невредимая — последнему он даже улыбнулся. Отвык. Потом сел — на кровать же, куда подтащил перед тем столик, хотя Кети ругалась, что он таскает тяжести в его состоянии.

— Рассказывай, — прошептал он, в первую очередь схватив стакан с подогретой для него обычной водой.

— А чего рассказывать? — пожала плечами девушка, подсаживаясь к нему ближе — под предлогом, что он может опираться на неё, если ему вдруг станет тяжело. — Ничего особенного не было. Мы слетали на твоё Островное Ожерелье, и там есть старик такой — очень интересный. Эрик сказал, что он твой учитель, тоже шаман.

— Скальный… — начал Рольф, но Кети перебила.

— … Ключ! Не разговаривай! Тебе нельзя пока. Ну, вот. Когда мы прилетели и сказали, что тебе волосы отрезали, он сказал, что знает про это. Он, вообще, много чего знает, — с уважением сказал девушка. — А потом я рассказала про Горана и его проклятие…

Рольф остановил её, взяв за кисть.

— Горан — что? — встревоженно прошептал он.

— О! Ты не представляешь, что с ним было! Его какая-то штука сожрала! — с восторженным ужасом начала рассказывать Кети. — Мы ведь в первую очередь к нему поехали, когда твой друг Колдей позвонил и сказал, что у него твоя кукла! Что Горан этой куклой колдует и бьёт тебя по локтю! Мы приехали, а у Горана всё мокрое и сгоревшее! То есть его дом сгорел! Воняет горелым — страшно! Когда его нашли, то есть не его, а то место, где он должен быть, как нам сказали, там даже одежды не осталось!

Не перебивая даже жестом, Рольф, чуть улыбаясь, понял, что прерывать красноречие девушки, наверное, не самое лучшее на сейчас. Пусть выговорится. Кажется, её это происшествие с Гораном очень впечатлило. Что ж, теперь он, Рольф, во всяком случае, знает, что и сангрийские стихии своё слово сдержали.

— Мы ещё думали, может, он спрятался от нас куда-нибудь, а сам дом сжёг, чтобы думали, что он умер. Люди Эрика всё обыскали — и остальные его дома тоже. Не нашли. Пришлось поверить, что Горана съели, а потом Колдей сказал, что такое уже было — они, ну, байкеры, уже видели такую страшную зверюгу… Ой, а твои собаки! Они же здесь! К тебе рвались. Но я их пока к тебе не пущу. Потом. Одну хотел забрать Ивор — сказал, что она полицейская. Но, кажется, придётся её оставить с нами, потому что они обе уходить не хотят.

Ей удалось удивить его. Ивор был здесь? И собаки… Он-то думал, что псины больше не покажутся и вообще не появятся в его жизни. А потом зацепилось слово в её торопливом говорке. Он снова взял Кети за руку, а она обрадовалась и сама положила на его ладонь свою.

— Что значит — с нами? — прошептал он.

— Не бойся, — сказала Кети уверенно, — ничего страшного. Скальный Ключ сказал, что ты теперь ты можешь оставаться вне Островного Ожерелья живым. Но при одном условии: ни одна планета не может быть тебе домом. Ты не сможешь оставаться нигде больше, чем на полгода. Так что мы с тобой теперь странники. Вечные.

— Мы с тобой?

— Конечно, — убеждённо сказала Кети. — Мы будем странствовать по мирам Содружества на собственном космокатере — Эрик лично выбирал его для нас.

— С тобой? — растерянно повторил Рольф.

Кети внимательно заглянула в его глаза.

— Ты же не думаешь, что останешься один? Что будешь в одиночку путешествовать по мирам? Без меня? Я сначала сомневалась. А потом, когда решила, что всё — буду с тобой навсегда, ещё и прилетела мама и сказала, что теперь мне в любом случае некуда деваться. И что мы с тобой всегда будем вдвоём. Ты бы видел наш катер! Мне там понравилось! А мама отдала свою старую гитару! И я буду выступать по таким барам, как тот, помнишь? Мама тоже так начинала. Рольф… Я слишком быстро говорю?