— Звучит, словно вы ее достаточно хорошо знаете.

— Да, мы что-то вроде подружек. Самозащита, знаете ли, от остальной клики.

— И что это за клика?

— О, всего лишь остальные, — неуверенно махнула рукой Черил.

— И полагаю, Робин не питает отвращения к сексу? — в отчаянии спросил я.

— Почти такое же, как тигры к мясу. Только вот она не столь разборчива, как тигры. Единственное, что заботит Робин, — так это ее непомерный аппетит!

— Понимаю, что вы имеете в виду. — Я боролся с непреодолимым желанием снова рухнуть в кресло.

— Не беспокойтесь, мистер Робертс, я позову вас к ленчу, — дразняще прожурчала Черил.

— Благодарствуйте, — проворчал я, ставя свой бокал в шкафчик для ликеров и отправляясь разыскивать комнату для игр.

Я ожидал увидеть огромный, обитый деревянными панелями зал с головами слонов и базуками, развешанными по стенам, но это оказалось средних размеров помещение с серыми, совершенно голыми пыльными стенами, одним рядом книжных полок и мишенями для игры «метание стрел». В центре стоял бильярдный стол, плывущий над выцветшим ковром с цветочным узором, словно зеленый плот посреди Саргассова моря.

В одном конце комнаты находилась кушетка, обращенная спинкой к двери, а в другом — шкаф со стеклянной дверцей для хранения игр.

Я взял из стойки бильярдный кий и от нечего делать стал катать восьмой шар взад-вперед до тех пор, пока мне не удалось загнать белый шар в боковую лузу.

— Кто здесь?

Я нервно вздрогнул, когда над спинкой кушетки показалось красивое скуластое лицо, обрамленное ослепительными серебряными волосами. Черты его показались мне несколько грубоватыми — полные губы, широко расставленные синие глаза, полузакрытые тяжелыми веками, плоский вздернутый нос. Незнакомка производила впечатление сильной, волевой и осознающей свою сексуальную привлекательность женщины.

— Если и остальное соответствует увиденному, — опрометчиво произнес я, — то я с нетерпением жду появления соблазнов.

— А вы что, кинорежиссер или кто-то в этом роде? — спросила девушка, явно смутившись.

— Нет, всего-навсего любитель надувных спасательных жилетов, — объяснил я. — А вы по виду тоже их немного напоминаете, сечете мою мысль?

Девушка счастливо улыбнулась.

— Спорим, секу.

— Мое имя — Рэндол Робертс, я…

— Держу пари, — выдохнула она, — я знаю, кто вы, мистер Робертс. Отчего вы так долго не могли найти меня?

— Меня похитили.

— А-а-а! — Девушка сделала гримаску. — Эти завистливые потаскушки устроили вам ужасную жизнь.

— Тяжеленькую, — согласился я, — но я все пережил.

— Могу поспорить, что вы справились, — ответила она с энтузиазмом. — В моем представлении вы — бегун на длинные дистанции.

— В данный момент боюсь, что уступлю на последней прямой, но позднее мы сможем начать тренироваться вместе.

«Что ты несешь? — вопил мой рассудок. — Почему ты не упускаешь ни единой возможности?»

— Какой красивый ровный загар! — воскликнул я, медленно положив руки на спинку кушетки и исподтишка облизывая губы. — Вы догадываетесь, кому принадлежат самые большие, самые загорелые и самые красивые груди, которые я когда-либо видел?

Девушка рассмеялась горловым смехом, и это произвело изумительное воздействие на ее плоть, свешивавшуюся со спинки кушетки.

— Будьте честны, Рэндол, — предостерегающе заметила она. — У Андреа они больше моих.

— Верно, — согласился я. — Но разве более загорелые?

— Определенно нет. Кроме того, я считаю, что женская грудь не должна быть слишком большой, согласны?

— Абсолютно, — кивнул я. — Дело в качестве, а не в количестве.

Робин одобрительно мне подмигнула и снова передернула своими грудями, на этот раз намеренно и только ради меня. Я уже собрался ответить соответствующим замечанием, когда над кушеткой возникла еще одна голова.

Возможно, Корнелиус Райан и обладал горой мускулов, зато на груди у него полностью отсутствовали волосы, заметил я с холодной объективностью. Последовал стук, когда я уронил бильярдный кий себе на большой палец ноги.

— А почему бы, черт возьми, вам не устроить свою поганую оргию прямо в гостиной с остальными девчонками? — ядовито прошипел он. — А это — дело личное.

— Ой, Корнелиус, что это вы тут делаете? — изумился я. — Я думал, эти мускулы предназначаются только для демонстрации.

— Очень смешно, — глумливо улыбнулся он. — Только вместо того чтобы рыскать тут и совать нос в чужие постельные дела, почему бы вам не сделать что-нибудь полезное — сплавать, например, на материк за помощью.

— Еще одно мне хотелось бы выяснить наверняка, Корнелиус, — бросил я равнодушно. — Означает ли это, что не все мускулистые молодцы голубые?