Всё. Больше она не отвлекалась. Есть возможность помочь полиции, есть возможность помочь близким людям этого человека. Она представила, что родственники его уже ищут — ведь нашли его утром, и приступила к работе.

Отрешившись от шума толпы, она вгляделась в неподвижное желтоватое лицо мужчины, сплошь испещрённое тёмными точками, машинально отмечая, что у него проблемы с печенью или с почками. Толстый нос, морщинистые веки, полуоткрытый рот. Всё не так страшно, как она боялась. Естественно, она понимала, что, когда его поднимут, картина будет хуже. Ещё один стимул быстрого вникающего осмотра. И «вгляделась» в эти набрякшие веки. «Увидела» сразу — настоящему, ещё живому человеку в его истинном лице было гораздо меньше лет, он выглядел гораздо моложавей. И был очень активным: судя по тому, как он шевелился, он любил быструю ходьбу. Оглохнув на всё вокруг себя, Наташа с трудом удержалась привычно поднять руку и раскрыть ладонь над лицом мужчины. Закоченев от сосредоточенности, не мигая, она сидела неподвижно на корточках, всё глубже уходя в истинное лицо и расширяя пространство, в котором недавно существовал ещё живой человек. Наконец он появился полностью и «повёл» её за собой. Чувствуя, что качается, но не воспринимая этого движения, девушка «отслеживала» сторонние детали пространства, в котором существовал когда-то этот человек.

— … Хватит! — скомандовал кто-то и поднял её за подмышки. — Держи платок.

Она еле удержалась на ногах, и Алексеичу пришлось прижать её к себе, чтобы девушка не упала. Он поддерживал её некоторое время, а потом тихо спросил:

— Далеко ушла?

— Нет, — прошептала Наташа. — Не очень.

— Поставлю — будешь стоять?

— Кажется…

Он ослабил хватку, но рук не опустил, чтобы подхватить её снова при малейшем движении упасть. Но Наташа утвердилась на ногах и глубоко вздохнула. Алексеич хмыкнул и сам принялся вытирать её лицо, совершенно мокрое от пота. Потом вгляделся в её глаза, словно буравя их даже сквозь стёкла солнцезащитных очков, и спросил:

— Не зря ли?

— Нет, что вы! — испугалась Наташа. — Нашла! Он живёт в доме у какой-то остановки. Там два дома на стыке, в этом стыке одёжный магазин, цокольный книжный магазин, товары для домашних животных и ещё отделение какого-то банка. Он живёт в другом, в том доме, в котором небольшое кафе. Я постоянно его там видела.

— Спасибо, Наташа, — сказал Льдянов и кивнул патрульным.

— Это двумя остановками выше, — задумчиво сказал один из них. — Найти будет легко. Спасибо.

Девушка хотела было сказать, что благодарить её пока не стоит. Ведь то, что она «увидела» пока не подтверждено. Но промолчала. Пусть используют информацию, как им заблагорассудится, а ей бы сейчас посидеть немного. Да и толпа…

Она подняла взгляд. И замерла. Нет, не зря Алексеич говорил о том, каким образом возникают яркие образы и воспоминания. Прямо на краю толпы стоял Радим, почти не скрываясь, единственно — тоже в тёмных очках. Не в одежде для попрошайничества, а в сером костюме, опять-таки шитом на заказ. Что он здесь делает? Похолодев от неожиданной догадки, Наташа даже испугалась: а если этот старый мужчина умер, оттого что Радим его напугал своими кошмарами? А потом успокоилась: нет, случись так, мужчина умер бы в собственной постели. И вряд ли он попал в детский парк. С помощью Радима шантажируют и заставляют раскошеливаться богатых людей. А этот… У него даже пиджак по боковому шву зашит вручную, большими и корявыми стежками. Не сам ли умерший чинил одежду?.. А потом и вовсе успокоилась: Олег же сказал, что у мужчины был с собой нитроглицерин.

— Наташа, — прошептали сзади, и Игорь взял её за руку. — Пошли, посидишь в машине, отдохнёшь.

Едва Игорь взял её за руку, как Радим быстро шагнул вперёд, из толпы. Стоящие за ним высокие широкоплечие мужчины зашевелились: один быстро положил руку на его плечо, а другой потянул явно за пиджак со спины.

— Подожди, Игорь… Алексеич! — шёпотом позвала Наташа, пока Радим оглядывался на своих — только на кого: на телохранителей? Конвойных? — Радим здесь! Напротив меня, в толпе. Только не смотрите напрямую!

— Учи учёного, — проворчал шеф, отходя от девушки. Встав рядом с Льдяновым, в нескольких шагах от Наташи, словно оживлённо разговаривая с ним, он только тогда искоса и вгляделся в толпу.

Наташа знала, что Радима он увидит — найдёт по направленному взгляду парня на неё. Если парня прямо сейчас не уведут в толпу те, кто его сторожит. Но Радим дёрнул плечом и что-то сказал тому, кто положил на его плечо ладонь. Тот кивнул и неохотно убрал руку. А Радим сделал короткое движение головой, видимо не сразу разглядев девушку, — Наташа немного отошла от привычного ему места. Нашёл её и снова застыл.

Секунды девушка размышляла, почему он решился подойти к ней. А потом, неожиданно для себя густо покраснела: он не решился. Он шагнул, когда Игорь взял её за руку. Ой… Пока вывод только один: ему жест Игоря не понравился.

— Наташ, пошли. Лена волнуется, — тихо сказал Игорь, не отступавший от неё ни на шаг. — Да и… Не нужны мы больше здесь. Поехали к Алексеичу. Там отдохнёшь — поговорим.

— Сейчас, я ещё немного, — откликнулась девушка. Себе честно призналась, что ждёт, пока уйдёт Радим. Почему она так загадала? Из-за того, что этот его нетерпеливый шаг вперёд ей понравился, когда он увидел прикосновение Игоря?

— Наташа, идите, — повелительно сказал Алексеич, который закончил говорить с Олегом. Наташа заметила, что Льдянов тоже вроде скучающе поглядывает на толпу, но на деле ощутимо (правда, только для наблюдателя) застревает взглядом на одном и том же объекте. На Радиме. И оттого очень хотелось остаться и спросить у Олега, начали ли они искать всех людей по имени Радим, как обещал шеф.

Но и Алексеичу девушка не повиноваться не могла. Со вздохом, думая о том, понимает ли Радим, что она видела его взгляд из-под очков и сообразила, что это он, Наташа под охраной Игоря подошла к его машине и шмыгнула на заднее сиденье. На переднем сидела Лена — с открытой дверцей, ногами наружу, смотрела на цветущие жёлтые нарциссы. Наверное, лишь бы не смотреть в сторону толпы и нечаянно не наткнуться взглядом на мертвеца.