Шрифт:
Каким бы красивым ни было строение, порой начинаешь задыхаться среди золотой лепнины, хрустальных канделябров и антикварной мебели....
Треск.
С прекрасным звуковым сопровождением она рассталась с очередным предметом одежды... и Роф был очень горд: сверкая длинными, словно кинжалы, и белыми, как снег, клыками, он умудрился превратить ее шелковую рубашку в половую тряпку, разорвав ее и обнажая груди, пуговицы разлетелись в стороны.
– Вот об этом я говорил. – Роф снял очки и улыбнулся, сверкая зубами.
Нависнув над Бэт, он обхватил ее сосок губами, пока его руки опустились на пояс ее джинсов. Принимая все во внимание, он был весьма вежлив, расстегивая молнию и пуговицы, но она знала, к чему все шло...
Резким рывком он в тряпки порвал то, что раньше было двухнедельными лвайсами8.
Ей было плевать. Как и ему.
О, Боже, как ей это нужно.
– Ты прав, прошло столько времени... – прошипела она, когда он потянулся к своей ширинке, расстегивая пуговицы, высвобождая эрекцию, при виде которой у нее до сих пор захватывало дух.
– Прости меня, – сказал он, схватив ее за шею и забираясь сверху.
Раскрывая для него бедра, она знала, за что именно он извинялся.
– Не извиняйся... Боже!
Обжигающая страсть, вот что ей было нужно... и то, как жестко он вбивался в нее. Его тяжесть обрушивалась на нее, кожа скрипела по половицам, когда он входил в нее, ноги напряженно сошлись за его спиной, чтобы он смог проникнуть еще глубже. Полное доминирование. Его огромное тело двигалось как поршень в эротичном ритме, который становился все быстрее и мощнее.
Как бы хорошо ни было, Бэт знала, как перейти на следующий уровень.
– Ты разве не умираешь от жажды? – протянула она.
Полная. Молекулярная. Заморозка.
Словно его окатили ледяной струей. Или сбил грузовик.
Он поднял голову, и его глаза засияли так ярко, что если посмотреть на пол рядом с собой, увидишь собственную тень.
Впиваясь ногтями в его плечи, она выгнулась под ним, наклоняя голову в бок.
– Не хочешь пить?
Он обнажил клыки и зашипел как кобра.
Укус был подобен ударам кинжала, но боль быстро утихла до приятного безумия, которое унесло ее в другое пространство. Она парила и одновременно не отрывалась от земли, со стонами запустив руки в его волосы, она притянула его голову ближе, пока Роф пил ее кровь и входил в ее лоно.
Бэт кончила... и он тоже.
Вот это да.
Боже, сколько длилась засуха? Месяц, не меньше... не слыхано для них... она осознала, как сильно они оба нуждались в этом. Слишком много помех от дел вокруг. Слишком много стресса. Слишком много отравляющего дерьма, которое не оставляло времени только для них двоих.
Ну, разве у них была возможность основательно поговорить после того, как Рофа ранили в шею? Да, конечно, были определенные «О-Боже-мой», «Ты жив!», «Ты выкарабкался!»... но она все равно вздрагивала каждый раз, как доджен открывал бутылку вина в столовой или когда Братья играли в бильярд в свободное время.
Кто же знал, что шары залетают в лузу с тем же звуком, с каким пуля вылетает из пистолета?
Она не знала. Пока Кор не решил засадить свинца в яремную вену Рофа.
Она совсем не искала таких ассоциаций...
Слезы без причины заполнили ее глаза, покалывая ресницы и скатываясь по щекам, когда очередной раунд наслаждения вспыхнул в ее теле.
А потом перед взором встала рана Рофа.
Красная кровь на его бронежилете. Красная кровь на его майке. Красная кровь на его коже.
Настали опасные времена, ужасная реальность больше не была бугименом в ее мысленном шкафу, а криком ее души.
Красный – цвет крови для нее.
Роф на мгновение замер и поднял голову.
– Лилан?
Открыв глаза, она запаниковала, боясь, что когда-нибудь не сможет увидеть его, что это лицо, которое она искала в каждой комнате вне зависимости от часа, визуальное подтверждение его жизни станет недоступным ей.
Но ей нужно было лишь моргнуть. Моргнуть, моргнуть... и он снова с ней, четкий.
И от этого она заплакала сильнее. Потому что ее сильный, ее любимый мужчина был слеп... и хотя, по ее мнению, это не ограничивало его возможности, но он оказался лишенным простых вещей, и это было нечестно.
– Мать твою, я сделал тебе больно....
– Нет, нет... – Она обхватила его лицо ладонями. – Не останавливайся.
– Мне стоило донести тебя до кровати...
Лучший способ отвлечь его – она выгнулась под ним, вращая бедрами, потираясь о него лоном. И, привет-привет, на трение обратили внимание, заставляя замолкнуть и снова наброситься на нее.