Я побрела обратно в ванную со смутными воспоминаниями о гудящем шуме и смехе, звенящем в моем ухе, о нем шепчущем мне. В этом не было никакого смысла.

Я повернулась и, приподнимаясь на носочках, подняла край полотенца, чтобы рассмотреть в зеркале свою задницу. Черные чернила и ярко-розовая кожа.

Весь воздух мгновенно покинул мое тело.

На левой ягодице было слово, имя.

«Дэвид»

Я развернулась, и меня вывернуло в раковину.

Лорен сидела рядом со мной в самолете, играя с моим айфоном.

— Я не понимаю, как твой музыкальный вкус может быть настолько ужасен? Мы дружим уже много лет. Неужели я ничему тебя не научила?

— Не пить текилу.

Она закатила глаза.

Над нашими головами загорелся значок «пристегнуть ремни». Вежливый голос посоветовал поднять кресла в вертикальное положение, так как мы приземляемся через несколько минут. Поморщившись, я проглотила остаток своего дерьмового кофе. Факт, никакое количество кофеина не сможет мне сегодня помочь. Даже качество не имеет значения.

— Я совершенно серьезна, — сказала я. — Я также никогда, пока я живу, не ступлю на землю Невады.

— Ты реагируешь слишком остро.

— Ни капельки, леди.

Лорен, шатаясь, вернулась в мотель меньше, чем за два часа до нашего рейса. Я провела время, несколько раз переупаковывая свою небольшую сумку, в попытке привести свою жизнь обратно в некоторое подобие порядка. Было приятно видеть улыбающуюся Лорен, несмотря на то, что дорога до аэропорта, чтобы добраться вовремя, была похожа на гонку. Судя по всему, они с симпатичным официантом, которого она встретила, будут поддерживать связь. У Лорен всегда было с парнями все замечательно, в то время как я была ближе к стандартам заурядной девушки, которую никуда не приглашают. Мой план заняться сексом в Лас-Вегасе был тщательно спланированной попыткой выбраться из этой рутины. Хватит говорить об этом.

Лорен изучала экономику, и она была великолепной внутри и снаружи. Я была в какой-то степени более громоздкой. Именно поэтому я имела привычку ходить пешком по Портленду и старалась не попробовать содержимое витрины для тортов в кафе, где я работала. Это держало меня под контролем, талию — разумной. Хотя мама по-прежнему считала целесообразным читать мне лекции на эту тему, потому что, не дай бог, я осмелюсь положить сахар в кофе. Мои бедра, несомненно, от этого взорвутся.

У Лорен было три старших брата, и она знала, что говорить парням. Ее ничего не пугало. Девочка источала обаяние. У меня был старший брат, но мы больше не общались, за исключением больших семейных праздников. Ни разу, с тех пор как он переехал из дома четыре года назад, оставив только записку. У Натана был вспыльчивый характер и талант попадать в неприятности. Он был несносным в старшей школе, всегда дрался и прогуливал уроки. Хотя винить в неудачах с парнями мои несуществующие отношения с братом было бы неправильно. Я могу быть сама виновата в недостатках с противоположным полом. В основном.

— Послушай это, — Лорен подключила мои наушники к своему телефону, и рев электрогитары взорвался внутри моего черепа. Боль была невыносимой. Головная боль вернула меня обратно к внезапно ужасной жизни. Ничего не осталось от моего мозга, кроме кровавого месива. В этом я была уверена.

Я вырвала наушники:

— Не надо. Пожалуйста.

— Но это же «Стейдж Дайв» [1] .

— И они прекрасны. Но, знаешь, может, в другой раз.

— Иногда я о тебе беспокоюсь. Просто хочу, чтобы ты это знала.

— Нет ничего неправильного в кантри-музыке, играющей тихо.

Лорен фыркнула и взъерошила свои короткие темные волосы.

— В кантри-музыке нет ничего правильного, на какой громкости она бы не играла. Ну что, ты занялась чем-нибудь прошлой ночью? Помимо того, что с пользой провела время.

— На самом деле, это обобщает все, — чем меньше сказано, тем лучше. Как я смогу объяснить? Однако чувство вины скользнуло сквозь меня, и я поежилась на своем месте. Татуировка пульсировала в знак протеста.

Я не говорила Лорен о своем грандиозном плане хорошего секса на ночь. Она бы захотела помочь. Если честно, секс не производил впечатления чего-то такого, с чем мне потребовалась бы помощь. Не считая того, что в этом вопросе необходим сексуальный партнер, конечно. Лорен могла бы помочь только тем, что стала бы навязывать меня каждому красавчику в помещении с обещанием, что я точно раздвину свои ножки.

Я любила Лорен, ее преданность не подвергалась сомнению, но она не отличалась изворотливостью ума. В пятом классе она ударила в нос девчонку, которая дразнила меня насчет моего веса, с тех пор мы были друзьями. С Лорен вы всегда точно знали, где находитесь. Незаурядный человек, которого я высоко ценила большую часть времени, но не когда требовалась рассудительность.

К счастью, мой болезненный желудок пережил жесткую посадку. Как только шасси ударились о взлетную полосу, я испустила вздох облегчения. Я вернулась в свой родной город. Превосходный Орегон, прекрасный Портленд, никогда больше я не хотела бы сбиться с пути. С горами вдали и деревьями в городе, тот был своеобразным источником наслаждения. Возможно, я и, правда, перегибаю палку, ограничивая себя одним городом для жизни. Но находиться дома было замечательно. Со следующей недели у меня была важная практика, о которой, используя связи, договорился мой отец. Также нужно было начинать готовиться к занятиям следующего семестра.