Моя спина уже вся в поту, вокруг летают крупные слепни, жужжа в густых кустах. Внезапно, единственное чего я хочу, - это раздеться и принять душ, чтобы отмыть от себя события этого дня, отмыть знакомство с Куки и этой репортершей с глазами как у рептилии, лениво наблюдающих за мной, словно за насекомым, которого она готовится проглотить.

И дальше я замечаю полицейского, похожего издали на папу, - он машет руками и что-то кричит; я не могу разобрать что именно, но его жесты говорят сами за себя: «Мы закончили. Расходитесь по домам». Я чувствую огромное-преогромное облегчение.

– Послушайте, - говорю я и мой голос звучит пискляво, как у незнакомки, поэтому я прочищаю горло.
– Я, как и остальные, просто пришла сюда помочь. Я и вправду думаю, что мы должны сфокусироваться на Мэдлен. Понимаете?

Куки что-то мурлычет себе под нос, что звучит одновременно одобрительно и разочарованно. Репортерша, Марджи, не двигаясь с места, продолжает держать свой дурацкий диктофон перед собой, как волшебную палочку. Я отворачиваюсь от нее и возвращаюсь в сторону парковки. Толпа медленно рассеивается, все разговаривают пониженными голосами, чуть ли не трепетным тоном, будто мы только что вышли из церкви, и никто не решался подать голос.

– Как по-твоему, что случилось с Мэдлен Сноу?
– кричит мне вслед Марджи, ее голос звучит беззаботно, чересчур беззаботно.

Я замираю. Возможно, это просто разыгралось мое воображение, но мне кажется, что и толпа тоже замерла, будто на секунду, весь этот день останавливается и превращается в картинку в фильтре сепия - пятном серых и желтых оттенков и полоской серебряного моря.

Я поворачиваюсь, Марджи все еще не сводит с меня своего неморгающего взгляда.

– Может быть, ее просто все достали, - отвечаю я. Мое горло пересохло из-за жары и соленого воздуха.
– Может быть, она просто хотела, чтобы ее оставили в покое?! 

ВЫ НАМ НУЖНЫ!

Подпишите нашу петицию и присоединяйтесь к борьбе за безопасные улицы!

В воскресенье 19 июля девятилетняя Мэдлен Сноу была похищена из машины сестры прямо перед «Большой ложкой мороженого и сладостей», заведением округа Шорлайн. Это происходит в год, когда бюджет полиции был сокращен на 25 процентов по всем округам, оставив многие полицейские департаменты недоукомплектованными и с нехваткой финансирования.

Комиссар полиции Григорий Пуласки говорил о необходимости требовать, чтобы Законодательное собрание штата вернуло финансирование на старый уровень: "Когда времена становятся тяжелыми, люди впадают в отчаяние. Когда люди в отчаянии, они делают отчаянные вещи. Для того чтобы эффективно функционировать как единое целое, мы должны расширить наше присутствие на улицах, совершенствовать наши учебные программы, нанимать и удерживать лучшие кадры. Это требует затрат, разумеется".

Присоединяйтесь к борьбе за безопасность улиц. Подпишите петицию и заставьте Генеральную ассамблею принять меры.

Подпишите петицию!

Укажите полное имя:

Укажите индекс:

ПЕРЕДАЙТЕ НА РАССМОТРЕНИЕ

Рад, что кто-то, наконец, принимает меры. Переадресовал всем, кого я знаю. Будем надеяться, что город на самом деле прислушается.

комментарий от: soccerdadrules в 18:06

25 процентов?? Неудивительно, что все дома по соседству разрисованы граффити.

комментарий от: richardthefirst в 19:04

Граффити - это не преступление. Это вид искусства, урод.

комментарий от: iambanksky в 20:55

Сколько еще детей должно исчезнуть, чтобы Конгресс обратил внимание? Бедная Мэдди! И бедная Сара! Я не могу себе представить, как подавленно она себя чувствует. комментарий от: mamabear27 в 12:00

Сара Сноу - лгунья.

комментарий от: anonymous в 13:03

Слава Богу, я добралась до парковки, ни разу не столкнувшись с той репортершей. От Паркера до сих пор никаких сообщений, как и от Ники. Только жуткое смс с неизвестного номера.

«Эй! В чем дело? Пытаюсь дозвониться. Ты умерла?»

Не ответив, я удаляю сообщение. Наверняка, это какой-нибудь урод, с которым я когда-то флиртовала.