Копы всё ещё дежурили возле дома, и даже чёрный «Volvo» был припаркован рядом. Ричард остановился, мягко развернул Дэни к себе и встал к ней очень близко. Его горячее дыхание касалось её лица, когда он говорил:

— Слушай... Прости меня, просто прости. За то, что я натворил. Пока мы не вернулись в клуб всеобщей ненависти и жалости имени меня, я хочу, чтобы ты сейчас сказала мне, что не злишься. Окей?

Его глаза сияли так ярко в тот момент, в них отражался свет фонарей и окон соседних домов; Ричард выглядел таким уставшим, таким взрослым, и Дэни вдруг стало жутко неловко. Она даже не могла понять, почему.

— Тебе так важно, чтобы я не злилась, а?

— Сейчас мне кажется, что это самое важное и драгоценное для меня.

— Тебе не у меня надо прощения просить, а у тех, кого ты кинул. Твои друзья ждут тебя. Твоя мама любит тебя. Давай договоримся, что ты больше не будешь вести себя, как засранец?

Он живо закивал, улыбаясь, будто дитё малое, и отпустил руку Дэни. Через пять минут они уже стояли в холле тёплого дома: с копами дело было улажено, хозяйка отвела сына в гостиную (Дэни украдкой заметила, как она крепко обняла Ричарда, а тот — её), Джимми и Сэм в который раз уговаривали девушку прийти на завтрашнее шоу.

— Да приду я, приду! Ну ёмаё, обещала же!

Парни улыбнулись и ударили по рукам, чересчур довольные собой.

Хозяйка вызвалась проводить полицейских наружу, а молодые люди остались в холле. Сэм легонько хлопнул Ричарда по плечу и радостно объявил:

— С возвращением, брат! Готов завтра зажигать?

— Если только не в буквальном смысле, — проворчал вокалист в ответ. — Так что, я снова в деле?

— Только если не выкинешь очередной дурацкий номер. Мы не станем уговаривать тебя выступать, если твое физическое состояние не позволяет.

— Я готов, чувак. Я буду на прогоне. Когда начинаем?

Дэни послала ему до того ненавистный и гневный взгляд, что он просто не сдержал смеха.

— Брось, крошка! Я в порядке. И, к тому же, разве ты не будешь рядом? Бдеть и контролировать меня каждую минуту.

— Да, не беспокойся, если он вдруг упадёт во время выступления. Мы тоже будем рядом...

— Чтобы отпихнуть его в толпу. — Джимми захохотал, как ненормальный. — Это будет мой звёздный час!

Вот смешно вам, а кто по шее получит, если что-то случится? Дэни обиженно фыркнула, махнула рукой и ушла в гостиную, оставив парней договариваться насчёт шоу. Филч стремится наладить карьеру, и пускай. С другой стороны, он один из тех счастливчиков, которым повезло: работа и любимое увлечение — это, по сути, одно и то же. Пару часов продержится, он обязан, если сам так хочет.

Его приятели уехали через несколько минут, тепло с ним попрощавшись и пообещав заехать с утра пораньше. Ричард вернулся в гостиную, снял пальто, капюшон и шапку Дэни, пока девушка набирала эсэмэс сестре:

«Всё в порядке. Лысый вернулся. Я скоро буду у тебя. ххх»

— Этот лысый, как я понимаю, и есть я?

Дэни подпрыгнула на месте и резко обернулась, едва не выронив мобильный; Ричард стоял едва ли не вплотную к ней и загадочно улыбался. В полутьме его можно было бы принять за приведение.

— Блять! Я же просила так не делать, — шёпотом произнесла девушка, зная, что хозяйка где-то в соседней комнате. — Не надо меня пугать.

— Извини, я не нарочно.

— Что-то зачастил ты с извинениями. Гляди, а то ещё привыкнешь.

— Кому сообщение?

— Это сестре... Она в городе до завтра, и волнуется. Так что... мне пора.

Возможно, ей показалось, но на его лице отразилось глубокое разочарование. Парень вздохнул и провёл рукой по шее и плечу.

— Я думал, ты ещё останешься. Хотя бы на ужин.

— Мама покормит тебя с ложечки сама, Ричи-Рич.

— Очень смешно!

Она улыбнулась и подмигнула, дав понять, что обидеть вовсе не хотела. Без лишних слов она потрепала его по плечу и ушла, в холле попрощалась с его матерью и вышла на улицу. Пока шла к автобусной остановке, не могла отделаться от мысли, что завтрашний день обещал быть весьма и весьма насыщенным.

***

Кендра, не будь она собой, а кем-то другим, прокляла бы всё на свете: её младшая сестра была сущим наказанием. Никакие уговоры не склонили девчонку к милости, единственное, на что она согласилась — это скромный, вечерний макияж.

— Милая, это же твой первый рок-концерт! — повторяла Кендра умоляющим тоном. — Ну, пожалуйста, надень хотя бы мои сапоги. Так, по крайней мере, тебя там отличат от мальчика.

Шутка не прошла, и Дэни спряталась за своим якобы благородным молчанием до следующего утра.

Кендра была уступчивой... и упрямой по отношению к сестре. Поэтому, без её ведома, сложила в рюкзак пакет с чёрной юбкой-карандаш и тонкой, белой водолазкой. Дэни слишком торопилась, чтобы заметить лишние вещи, и Кендра знала, как отреагирует сестра позже. Но это будет стоить того. Совесть девушки окажется намного сильнее гордости.