В руках у Аркаши тут же появился пульт, на экране появляется звуковая дорожка, комнату моментально наполняют нечеловеческие крики. Чувствую себя ужасно, но больше не боюсь, что случится то, к чему я не готова. Капля за каплей мне в мозг просачивается чувство вины, будто я предала Аркашу. Оторвать взгляд от пола не просто, но я делаю это, и осторожно кошусь на опустошающего очередную чашку своего напитка Аркашу.

– Аркаш, прости, но мне нужно какое-то время…

– Да ладно, все норм, не парься.

Я неуверенно тянусь к Аркаше и ложу голову ему на грудь. Мои руки обхватывают его талию.

– Спасибо за понимание. Ты у меня такой хороший.
– Легонько целую его в шею.

Комнату разрывают душераздирающие вопли, я вздрагиваю и прижимаюсь к Аркаше сильнее.

– Это всего лишь телик, расслабься, - звучит отстраненно и в этот раз руки Аркаши больше не стараются заботливо прижать меня к себе, они равнодушно разбросаны на спинке дивана.

Хочется сбежать, спрятаться у себя под одеялом, но я не стану этого делать. В воздухе повисло напряжение, но я послушно досиживаю до конца фильма, хоть продолжая зажмуривать глаза, не вижу большей его половины (в жизни не стану смотреть ужасы). Аркаша больше не проронил ни слова, а я и не настаивала.

Едва начали бежать финальные титры, заметно опьяневший Аркаша, наконец, нарушил молчание.

– Что ж, на этом наш киносеанс окончен. Просим зрителей покинуть зал.
– Звучит как-бы шуточно, но с долей стеба, и уж слишком правдоподобно.

Аркаша ставит титры на паузу, встает и шагает к выключателю. В глаза ударяет противный яркий свет. Я на автомате ложу ладони на лицо и все еще продолжаю сидеть.

– Дай мне минутку.

– Не вопрос. Если хочешь, можешь остаться у меня и на дольше.

Я все еще закрываю лицо руками, и могу только чувствовать, что кто-то сел на диван рядом со мной. Теплые руки опускаются мне на плечи, я немного вздрагиваю.

– Родители отправились к бабуле с дедулей на все выходные, хочешь, можешь задержаться у меня на пару дней. Обещаю, тебе понравится.

Паника подкатывает к горлу огромным слюнявым комом, который я стараюсь сглотнуть максимально незаметно. Губы Аркаши касаются моих рук все еще прячущих лицо.

– Ммм, что скажешь? Может ты передумала? Можем устроить ночной киномарафон вперемешку с другим марафоном… У каждого когда-то бывает первый раз…

Аркаша убирает мои руки с лица, но я продолжаю прятать глаза, утупившись в пол. Молчу.

– Ясно.
– Аркаша резко встает.
– Держать тебя никто не собирается.

Поднимаюсь с дивана, шагаю к выходу и уже у двери шепчу:

– Спасибо, за приятный вечер.
– Вымученно улыбаюсь и практически готова исчезнуть за раскрытой дверью, но в душе надеюсь, что Аркаша предложит проводить, тогда бы мне было легче.
– Не обижайся.

Аркаша прячет руки в карманах спортивок, целует меня в щеку и легонько дергает плечами.

– Все норм, не парься.

– Тогда до завтра.

– Ага. Прости, что не провожаю, мама должна сделать контрольный звонок на домашний. Ну, знаешь, проверка связи... Боится, что ее малыш где-то запетляет в их отсутствие. Так что сорри, я на всю ночь привязан к дому.
– Легонько почесывает затылок.

– Ничего, все в порядке. Пока.

– Ага.

Дверь захлопывается мгновенно, заставляя меня испуганно отскочить назад. Несколько секунд продолжаю пялиться на коричневую кожу, которой обтянута эта чертова дверь. Между нами ничего не было и странным кажется то, что чувствую я себя все равно самой настоящей шлюхой, которую за ненадобностью вытолкали из квартиры в зашей.

Из Аркашиного дома вылетаю пулей, но оказавшись на улице, едва перебираю ногами.

На улице зябко и противно, а в душе и того хуже. По сути, не произошло ничего страшного, но чувствую я себя гадко.

– Ничего, уже завтра все снова будет хорошо.
– Шепчу сама себе под нос, которым старательно втягиваю размякшие сопли.
– Аркаша немного перебрал, я чересчур напряглась... Но завтра все снова будет хорошо. Так ведь всегда бывает - «завтра» любая катастрофа может превратиться в пустяк.

Вот только бы дожить до этого «завтра», которое мучительно долго не хочет наступать.

4

Почти две недели длилась наша переписка с Аркашей. Каждый новый день начинался с сообщения в ВК и Вайбер. Каждое утро милые смайлы заставляли меня улыбаться. А перед сном я даже иногда целовала экран телефона, на который приходило прикольное «Спокойной ночи». Двенадцать дней, четыре свидания и тишина.

Сегодня не было ни «доброго утра», ни ржачных стикеров в Вайбер, ни каких либо красноречивых ссылок в ВК. Сегодня новый день, то самое «завтра», начавшийся с полной тишины.