– Но, зачем? – опешила Кети.

– Дэн является хранителем. Прекрати мельтешить, меня уже укачивает. – проворчала я, тряхнув головой. Получилось слишком жестко и Слива свалился с моих коленей на кровать. От неожиданности он проснулся и громко пискнул. Хвала богам, Пола нет в доме! Я быстро схватила цыпленка и принялась почесывать его под клювом. Он блаженно прикрыл глаза.

Кети села с другой стороны кровати и внимательно уставилась на меня.

– Хранитель? Кто это такие? Тайлер тоже хранитель? – спросила она.

– Нет. Хотя, я не знаю этого. Хранитель – это сидхе, у которого настолько большой энергетический резерв, что может уместить в себе божественную силу.

– И у Дэна он настолько большой? – опешила подруга, округляя глаза.

Я не выдержала и захохотала. Слива снова проснулся и сам спрыгнул на покрывало. Он принялся деловито расхаживать между нами, словно надзиратель.

– Прекрати ржать! Я о резерве спрашиваю! – возмутилась подруга, наконец, поняв причину моего веселья.

– У меня больше. – хмыкнув ответила я.

– А у Тайлера?

– Не знаю. Я не специалист в этом.

– Ты не ответила: зачем «адская парочка» следили за Дэном?

– Их послал Артур. Ему было известно, что Дэн хранитель. Дело в том, что этот засранец похитил самого сильного демона духа – Карину. Мы полагаем, что он насильно склонил ее к сотрудничеству и заставил ее применять временную магию. По крайней мере это все объясняет. И она предсказала ему, что его планам могут помешать двое хранителей: Дэн и его возлюбленная. – ответила я, смотря в окно.

– Как романтично! – мечтательно протянула подруга. Ее лицо украсила сладкая улыбка.

Я же наоборот, помрачнела.

– Это вовсе не романтично. Они пытались меня убить. – угрюмо ответила я.

Кети еще больше округлила глаза и замолчала, не мешая мне ковыряться в себе. Я помню рассуждения Кеиты о том, что «возлюбленной» могла быть абсолютно любая девушка. Или ее могло не быть вообще.

– Ты прямо как ребус. – сказала подруга. Я бросила на нее короткий взгляд и принялась играть со Сливой. Он был в восторге.

– Ребус тут не я, а Дэн. Он не помнит своего человеческого прошлого. С того самого момента, как очнулся он уже был хранителем, только не знал этого. Его жизнь никогда не была в его руках. Он лишь марионетка. – бросила я.

– А почему… он ничего не помнит? – осторожно спросила Кети.

– Я не знаю. Никто не знает. И никто не в силах помочь ему вспомнить. – сквозь зубы процедила я.

Подруга тяжело вздохнула. Ее теплая ладошка легла поверх моего сжатого кулака. Эта поддержка была сильнее и прочнее всех остальных. Она поддерживала мой разум и мою душу. Она верила в меня и принимала меня такой, какая я есть. Это было лучше, чем даже целая армия охранников, живой стеной оцепивших дом. Я подняла на подругу глаза.

– Если бы я могла, то я бы обязательно помогла ему вспомнить. – тихо сказала Кети.

Нет ничего хуже, чем не знать, кто ты на самом деле. Я видела, насколько ему было плохо от этого, как бы сильно он это не скрывал. Все веселые истории из прошлого отзывались грустным блеском у него в глазах. А для меня это было словно ножом по сердцу. Я уверена, что Дэн которого я знаю, не многим отличался от парня, которым он был до этого. Не могу даже представить, какого это – жить и осознавать, что даже имя у тебя фальшивое. И создавать себя заново. По крупицам. Нужно быть сделанным из титана, что бы сохранить хладнокровие.

– Нет. Не помогла бы. Ты сама не понимаешь, о чем говоришь. Демоны сильные, но не всемогущие. И некоторые вещи даже нам не под силу. Ты не можешь изменить природу. Не можешь изменить течение времени. Это никому не под силу. – ответила я, качая головой.

– Но, ты же говорила, что демоны духа могут приподнимать временную завесу! – воскликнула подруга, подрываясь на ноги.

Я окинула ее мрачным взглядом.

– Сядь. Могут. Но это несет неотвратимые разрушения. Как для окружающей среды, так и для тебя лично. Я видела последствия. И, хуже того: я их чувствовала. Эта энергия… она мертвая. Игры со временем высушивают тебя еще хуже, чем ракшасы. Безвозвратно. Нещадно. Полностью. На мили вокруг умирает все живое. Это еще хуже, чем ужасная способность зубастиков воскрешать трупы.

Кети передернула плечами. Хорошо, что эту часть разговора мы уже прошли.

– И ему абсолютно никак нельзя помочь? – в отчаянии спросила она.

Отрицательно качаю головой.

– Это чертовски грустно. – вздохнула подруга.

Я согласна с тобой. Это очень грустно. Какого бы непобедимого героя не строил из себя Дэн, его гнетущую пустоту никто и никогда не сможет заполнить. Он может ее подавить (как и делает), забыть, отодвинуть на задний план, попытаться заполнить чем-то другим, но не убрать полностью. Он глубоко заблуждается, если думает, что я не замечаю того, как он просыпается среди ночи. Как он мрачнеет на доли секунды, когда разговор заходит о детских историях или просто о прошлом. Дэн уязвим, так же, как и все мы. Он пытается быть сильным, в первую очередь для себя. И я бы все отдала, только бы узнать, что твориться у него на уме.