Бесшумно проскочив в дамский туалет, Анита заперлась в одной из кабинок и приготовилась ждать. Анита не хотела подниматься в апартаменты Уорентонов, так как опасалась, что там ее может поджидать полиция. В туалете она собиралась просидеть до половины первого, а потом открыть служебный вход Мануэлю и Фуентесу.

Поразмыслив, Анита пришла к выводу, что полиция будет ждать ее в кабинете Прескотта. В отеле «Спаниш-бей» не допустят, чтобы по коридорам шныряли копы. Богатым постояльцам это не понравилось бы.

Мысли Аниты переключились на любимого Педро. Как было хорошо, если бы они вместе уже плыли в Гавану! Анита желала обнять и утешить мужа. Она была уверена, что сумеет поставить его на ноги. Она бы работала на ферме сахарного тростника, зарабатывала деньги, а Педро лежал бы в доме отца. Выздоровев, он помогал бы ей.

Анита встала на колени и принялась молиться, чтобы поскорее оказаться вместе с Педро. Пока она молилась, Педро Цертис скончался.

Брейди, Мэгги и Беннон сидели в коттедже и обсуждали детали предстоящей операции. Брейди сказал, что имел разговор с шефом.

– У нас заберут драгоценности, после чего вы оба, – он кивнул на Мэгги и на Майка, – получите свои доллары. Возможно, придется подождать два дня.

Беннон с облегчением вздохнул.

– Это приятное сообщение, – сказал он.

Мэгги погладила его руку.

– Я рада за тебя, Майк. Надеюсь, твоей дочери будет хорошо.

Беннон принял три обезболивающие таблетки. Боль не донимала его, но чувствовал он себя все равно неважно. Движения стали какими-то вялыми, скованными, лишенными гибкости. У Майка появилось ощущение, что он умрет гораздо раньше, чем рассчитывал.

– Майк, я загримирую вас так, что родная мама не узнает. Помните, что когда мы спустимся на террасу, в апартаментах могут оказаться Уорентоны. Вы должны будете усыпить их. Если там еще кто-нибудь будет, необходимо и его усыпить. Итак, около двух часов ночи мы войдем в отель. На нас никто не обратит внимания. Да, Майк, не забудьте, что когда будете стрелять, попасть надо в шею, руку или лицо. Вся операция должна занять не больше сорока минут. Потом мы передадим драгоценности человеку, которого пришлет шеф, и еще два дня проживем в коттедже. Вы получите свои деньги, после чего мы расстанемся.

Беннон кивнул.

– Можете на меня положиться.

– Я знаю это. Понимаю, что означает для вас это дело.

Брейди обратился к Мэгги.

– Ты, дорогая, знаешь, что должна делать. У тебя будет свободен весь вечер после того, как ты сходишь в ресторан и предупредишь метрдотеля, что я плохо себя чувствую и не буду ужинать.

– О, ты себя плохо чувствуешь? – забеспокоилась Мэгги.

– Это ты так скажешь! – рассвирепел Брейди. – Я чувствую себя прекрасно! Когда полиция начнет расследование, я должен иметь алиби! Метрдотель должен знать, что я весь вечер провел в постели! Понятно?

Мэгги улыбнулась.

– Ты здорово все придумал. Я поначалу испугалась…

– Ладно, ладно, – перебил ее Брейди. – Когда будешь в ресторане, посмотри, ужинают ли там Уорентоны. Постарайся разузнать, не собираются ли они куда-нибудь после ужина.

– Я все поняла, дорогой. – Мэгги замялась. – А… мне можно поужинать в ресторане?

– Пожалуйста! Можешь там хоть лопнуть от обжорства!

Мэгги радостно взвизгнула.

Беннон в это время думал о своей дочери. С того момента, как он приехал в Парадиз-Сити, он дважды звонил в детский приют. Старшая медсестра сообщила ему, что Крисси чувствует себя хорошо, не скучает, но часто спрашивает, когда вновь увидит его. Майк сказал, что скоро приедет, и медсестра обещала передать это Крисси.

Через полчаса Мэгги, одев свое лучшее платье, отправилась в отель. В стороне от толпы она заметила Джоса Прескотта; с мрачным видом он сидел в кресле. Одарив его лучезарной улыбкой, Мэгги вошла в ресторан.

Метрдотель сразу направился к ней. Стареющие мужчины, перестав жевать, провожали Мэгги взглядами, в которых читалось лишь одно желание: стать лет на двадцать моложе.

– Добрый вечер, мисс, – приветствовал ее метрдотель. – Мистер Ванце не с вами?

– Бедный старик себя неважно чувствует, – озабоченно произнесла Мэгги. – Порой у него бывают обострения хронической болезни… Он настоял на том, чтобы я поужинала одна. Мистер Ванце так добр ко мне.

– Позвольте, я пришлю ему ужин в коттедж? – спросил метрдотель, провожая Мэгги к столику.

Увидев в холле Марию и Уилбура Уорентонов, Мэгги остановилась. Джос Прескотт мгновенно направился к молодой чете. На шее Марии Мэгги заметила бриллианты. Потом Уорентоны и Прескотт исчезли из поля зрения.

– Позвольте, я пошлю ужин мистеру Ванце? – снова спросил метрдотель.

– Нет, благодарю вас. Мистер Ванце уснул. Я дала ему успокоительное.

Мэгги села за стол.

– Это были миссис и мистер Уорентоны?