Не знаю, сколько логики сейчас было в моих действиях. Но просто выкинуть Паука из машины мешали не только практические соображения, но и принципы. Каким бы чудовищем не был Паук, он не заслуживал умереть вот так, на обочине, из-за меня. Достаточно того, что на моих руках уже есть чужая кровь.

Куда же направиться? Машина приметная, ее остановят на любом посте, как только на нас спустят ориентировку. Значит, ее сменить или уехать туда, где нас не найдут. Куда-то, где нет больших городов, скажем, в деревню. К счастью, с крошечными поселениями на территории Чехии проблем не было.

Воспоминание об убийстве, совершенном мною меньше часа назад, я загнала как можно глубже. Сейчас не время для рефлексии. Сосредоточившись на дороге, я не давала посторонним мыслям проникать в разум. Сегодня произошло много чего, об этом можно будет подумать потом. Нужно найти спокойное место, чтобы помочь Пауку.

Через пару часов я рискнула припарковаться у небольшого магазинчика рядом с бензоколонкой. Поинтересовавшись у продавца ближайшим мотелем, мне удалось выяснить, что на втором этаже есть несколько комнат под сдачу. Это была прекрасная новость.

Я оплатила одну комнату на несколько часов и, получив на руки ключ, вернулась к машине. Мужчина был плох. В последние полчаса дыхание его участилось и стало хриплым. Мне не довелось изучать медицину, но простая логика подсказывала, что с пулевыми ранениями ему, должно быть, очень плохо.

Вход в комнаты находился в задней части здания. Отогнав джип как можно ближе к лестнице на второй этаж, я задумалась, как же поднять туда Паука. Мужчина вырубился сразу после нашего короткого разговора и с тех пор в себя не приходил. Рана на плече выглядела ужасно даже сквозь ткань. По коже прошли мурашки, когда я подумала, как это, должно быть, отвратительно ощущать.

Бессознательное тело мне не поднять. Мужчина медленно открыл глаза после прикосновения к щеке и, сфокусировав взгляд на мне, попытался подняться. Я подхватила его, когда он практически выпал из машины. Теперь стало заметно, что пострадало не только плечо, но и нога.

– Обопрись на меня, - пробормотала я, закидывая его руку себе на плечи.
– Пойдем. Нужно подняться по лестнице наверх.

– Нельзя здесь оставаться, - проговорил Паук. Слава давались ему с видимым трудом. Было непривычно видеть его таким беспомощным. Теперь уже не я висела на его руках, а он истекал кровью на моих. Да, ситуация повторялась.

Когда мы преодолели ступеньки и ввалились в комнату, с меня градом лил пот. Перевалив тяжелую ношу на кровать, я остановилась, переводя дыхание. Паук мне еще пригодится, учитывая сегодняшние сложности, но не пожалею ли я потом о своем решении?

Мужчина лежал на кровати, прикрыв глаза, но в сознании. Одежда вымазана кровью, лицо искажено гримасой боли. Лучше не придумаешь. Когда-то, еще в школе, нас учили оказывать первую медицинскую помощь, но, к сожалению, не рассказывали, что делать с пулевыми ранениями. Знали бы наши учителя, с чем именно их выпускникам придется столкнуться. Если моя жизнь войдет в нормальную колею, обязательно вынесу этот вопрос на рассмотрение. Кто знает, что может случиться?

Первым делом я сходила в ванную и тщательно вымыла руки, стараясь не думать о том, что я смываю с кожи кровь первого убитого мною человека. Это было важно, но сейчас на первом месте было две важные вещи. Первая — нужно было помочь своему убийце, вторая — как можно быстрее убраться отсюда, ведь мы еще не скрылись так далеко, чтобы ощущать себя хотя бы в относительной безопасности.

Вернувшись в комнату, я обнаружила, что мужчина уже сел и снял с себя рубашку. На его плече зияла кровавая дыра, сочившаяся темной кровью.

– Нужно промыть рану, - произнесла я, подходя ближе.
– Сквозная?

– Нет. Пуля осталась внутри, нужно вынимать, - прошипел Паук, пытаясь двинуть плечом. К его лицу, покрытом капельками пота, прилипали длинные волосы.

– Я не умею, - от мысли, что придется залезть пальцами в рану и нащупывать там кусочек металла мной овладела паника. Каким бы мерзавцем ни был человек, сидящий на кровати, сторонницей изощренных пыток я определенно не была.

– Ничего сложного. Нужен спирт, бинты и пинцет.

– Я попробую спросить в магазине внизу. Что с ногой?
– я опустилась на колени, осматривая пропитанные кровью джинсы.
– Можешь снять?

– Попробую, - медленно, стараясь не тревожить кровоточащее плечо, мужчина потянулся к пуговице на джинсах. В любое другое время я бы заинтересовалась — или испугалась, в зависимости от обстоятельств. Но сейчас приоритетным было желание заштопать этого парня поскорее и двинуться дальше.

Совместными усилиями, мы стянули с Паука джинсы. Рана на ноге уже почти не кровоточила, пуля прошла сквозь мышцу голени, оставив только дырку. Должно быть, нога очень болела, я даже не могла представить, что испытывает Паук сейчас.