— Тахир! Убить торговца грех. Да вообще, кого угодно убивать грех великий. Только Восток силу уважает. Любой торговец, всего лишь инструмент имеющего силу и власть. Не больше. Будем сильными, если даже и найдут, будут договариваться. На Востоке люди прагматичные, даже больше чем в Европе. Нужен будет партнёр, виру потребуют, или уступки. Если сильными будем. Не будем сильными, хуже баранов порежут. Или в рабство продадут. Что едва ли. Скорей всего зарежут в назидание. Поэтому, если ты с нами, задохнись и прекращай стонать! Не хочешь с нами, выбирай направление и издуй по холодку!

— Я с тобой. Испугался очень. Непонятный ты. Хотел торговать, информацию узнать. Сам пристрелил всех. Откуда персидский язык знаешь? Молитвы знаешь. Зачем тебе это надо было?

— Один раз скажу, больше не повторю. Очень уж я любил девушек, метисок особенно. С татарской кровью, башкирской. Даже кореянка у меня была в армии, наполовину правда, хороша была! Молитвы заставил меня выучить старик татарин. Соседом был он у нас в посёлке. Я по литературе за стихи всегда пятёрку получал. Вот он и настоял. Мол, буду умирать, сделаешь всё как надо. Только когда он умирал, я далеко был. Так и не прочёл ему. А в памяти сохранилось. А рубаи выучил перед поступлением в университет. Перед девушками выёживаться. У нас всяких было, еврейки, татарки, армянки, пара монголок. Даже эстонка была. Вот и охмурял всех восточных. Нарвался на одну, из Туймазов. Совратил, невинности лишил. А она — всё, женись. У неё жених был. Как она за него не хотела. А куда мне жениться, я воли хотел. А у неё уже на уме — домик в деревне, бяшки-барашки. И всё в этом духе. Кипешу было. Короче, через это я с универа и слинял. А её за жениха срочно замуж отдали. Ладно, у меня презиков было много, без детей обошлось. Красивая девушка, в постели огонь. Но жить с ней, боже избавь! Ревнивая, просто жуть! Да и разные мы были очень. Только постель нас и объединяла. Полистали мы тогда «Камасутру». Мне воля, простор нужен был, ей дом-хозяйство. Грешен, что поделать, молодой был, дурной. Я даже на древнегреческом пару фраз заучивал. Уже не помню. Неуч я и лодырь. Может, мог стать хорошим учёным? Мою работу по кочевникам в южно-русских степях высоко оценили. Больше года делал, материала перелопатил горы! Но не судьба! Стал токарем на заводе, и понеслось по жизни.

— Дело так, сказал бедняк, выпить хочется, а денег маловато!

— Дом продали, ворота купили! Стали запираться, никого не боятся!

— Серёг! Ты это чего? Всё нормально? Это к чему ты всё это сказал? — Анвар с удивлением смотрел на меня.

— А всё это к тому, ситуация абсурдна! Кстати о птичках! Кто-то смотрит за окрестностями? Пинка наладить?

— Вот так всегда, придёт Ржевский и всё опошлит! Ахмед трофеи собирает, Тахир пошёл офицера освобождать. Я уж, так и быть, на фишку.

— Давай Анварчик, давай. А то я про Ржевского весь анекдот расскажу. Про гусар и бильярдный стол. И голую девку на нём.

— Я говорил, всё опошлишь!

Тахир подводит мужчину. Бит, не сильно. Крепкий. Лет на десять старше меня. Рост под метр восемьдесят, либо совсем седой, либо блондин, практически белый. Глаза только серые. Ох и бегали за ним девушки в его молодости. Выправка видна. Усталый, немного потерянный, а идёт спокойно.

— Здравствуйте! Меня зовут Сергей, так получилось, как бы мы вас спасли. Не специально, врать не буду. Но и не мимоходом. В любом случае, свобода вам была бы обеспечена. Убивать этих падальщиков я не собирался. Они сами напросились. Вы офицер?

— Был прапорщик! Охрана в ракетной части. Зовут меня Мастеров Николай Серафимович. Прошу любить и жаловать! Жаловать побольше! Прошу учесть и относиться со всем подобострастием, я потомок древнего польского дворянского рода. Я так понимаю, планетка эта не Земля. Прям как на сайте попаданец. ру, выбирай куда попасть? К эльфам не хочу, среди них, пишут, голубых много. На гоблинов с троллями насмотрелся. Вы какой расы?

— Человеки мы, Николай! Извини, Коль! Ты случаем Бушкова не перечитал? А то у него половина положительных героев, потомки польских дворян? Магии тут нет. Колдунов нет. Есть, хрен знает кто, кто писателями их кличет, кто смотрящими. Но никто не видел воочию. Так вот, вокруг нас, такие красавцы. Добрые и милые. Всё схарчить наровят. Порядочному человеку без пары пулемётов тяжко жить! Скажи мне, ты давно здесь? Что видел? Что слышал? Как тебя угораздило в лапы к торговцам попасть?

— Да ни хрена я толком не видел. А про родословную, абсолютная правда. Можешь не верить. Очнулся, утро, холодрыга. С собой фляжка с коньяком, ключи от дома, да книга электронная. Отобрали, уроды. Ходил-бродил, квадр подъезжает. Два абрека, лопочут — не понять. Я с ними по-доброму, а мне подачу кидают. Увернулся, чавку одному свернул. Тут как накатили! Очухался, меня как барана связали. Возили, возили. Когда кормили, когда забывали. Неделю, наверное. Тут «Радже» и продали. У него дня три был. База у них, человек десять, не больше. Дорога недалеко, разные люди приезжали и уезжали. Меня держали в яме, над ней палатка. Точно знаю, не один был. Девушек и женщин держали в бараке. Сколько, не знаю. Слышал немецкую речь, французскую речь, русский мат слышал. Восточных девушек много возили. Видел, когда на работу гоняли. Кормили лепёшками, не пойми из чего испечёнными. Сегодня в кузов и часа два в дороге. Мне 53 года. Я уже давно не военный. Дочь замужем. Жены нет. Работал в телефонной компании. Такая вот моя история, без подробностей особых.

— Понял тебя, Николай. Вариант такой, мы отсюда быстрым галопом, на ходу ввожу тебя в местные расклады. Если пальба какая, ты как?

— «Калаш», «Макар», гранаты. Совсем немного стиля Кадочникова и Айкидо.

— Увы! Могу дать только FG 42.

— Раритеты такие! Где копают? Извини! Забыл, чёрных копателей тут и быть не может. Давай машинку.

Ахмед разложил трофеи. Смотрю и не радуюсь. Потерял вкус. Сумерки на душе. Всё не то! Всё мимо! Что хотел, не сделал, всё в ноль! Какова же наша пожива? В наличии куча разномастного оружия. Ручная гладкоствольная пушка, «Селезень-4». Это только таким, как «Шейх». Меня просто сдует. Это ж с такого монстра стрелять, надо слоном быть. «Помпа», три патрона в магазине. Просто жесть, какой ствол. Револьвер «Ремингтон» Army капсюльный, образца 1858 года. Новодел, в комплекте приклад, пулелейка и вся остальная оснастка. Тоже новодел, «Winchester» model 1886 года. Красив, как в боевом отношении, я без понятия. А вот охотничий пистолет «Контэндер» более-менее меня заинтересовал. Занятная штука. В наличии два ствола, один под патрон 10мм AUTO, второй под.44 MAG. Приклада не было. Патронов не густо, штук по 50 на каждых ствол. Досталась нам чешско-немецкая винтовка G.33/40, под патрон «Маузер». Единственный по-настоящему ценный ствол. Но последние два трофея очень даже удивили и даже обрадовали. Из кабины «Лендровера» сперва вынесли футуристическую железяку. Трёхствольный автомат! Вроде узнаваемо, определённо наша, русская разработка. Рассматриваю, патрон точно от АК-47. Магазин толстый, трёхрядный, на 90 патронов. Мушка высокая, над левым стволом, под ним же и спусковой механизм. Схема «Буллпап». Из глубин памяти всплыло, экспериментальная модель. Конструктор — Коробов. Изделие ТКБ-059. Как загадочно. Вроде не должно быть оружия, произведённого после Великой Отечественной? Или на несерийные модели ограничение не распространяется? Хотя у военных «Калаш» видел. Второй трофей шёл своими ногами. Девушка, лет 17–19. Высокая, метр восемьдесят определённо. Блондинка. Фигура шикарная, всего в меру, плечи слишком уж широкие. Пловчиха или лёгкая атлетика? Мечта поэта! Но не для меня. Всё-таки брюнетки симпатичнее. Или у меня стереотип? Да какая разница, по большому счёту, брюнетка-блондинка, рыжая, шатенка. Ценим не за цвет волос, а за характер и женственность. На удивление, не битая, чистая, в спортивном костюме, как у олимпийской сборной России.

Знакомимся. Я чуть позже перескажу самую суть нашего разговора. Разговаривали мы очень долго, по пути назад. А пока про то, что мы сделали. Трупы скидали в недогоревший сруб. Туда выкинули опиум и гашиш. Грибы решил оставить, отдам науке, вдруг что полезное извлекут. Интересные грибочки. Может на старой Земле такие же были? Или чисто эндемик? Даже если в медицине от них не будет толка, может, придумают противоядие. В сруб скидали тряпки, непонятно какие консервы. В одной канистре сделал смесь из дизельного масла, соляры и бензина. Трупы закидываем несгоревшим древесным углём, обливаю из канистры. Сверху хламом заваливаем. Из канистры остатки смеси расплёскиваю. Машины строим колонной. Впереди квадр, за ним КрАЗ, потом американский грузовик, замыкающим «Лендровер». Прикинул, топлива должно хватить. Запаливаю костер, и трогаемся в сторону дома.