Вдали темнели высокие стены города.

Аристоник остановил коня, обернулся к воинам:

— Братья, отсюда мы начнем новую борьбу с врагом!

И, подозвав Кеада, приказал набрать большое войско и спешить на помощь Стратоникее.

Несколько раз отбитые Аристоником с большими потерями, римляне упорно осаждали Стратоникею. Аристоник совершал вылазки, нападал врасплох на противника, наносил ему удары. Однажды он поджег метательные орудия, сделав переполох в лагере.

Осада тянулась долго, и в городе начался голод. Аристоник голодал наравне со всеми. Он был выносливее многих воинов, тверд духом. Но Кеад задерживался, и Аристоник с горечью думал, что люди обречены на гибель. А когда истощились запасы продовольствия, он созвал горожан.

— Согласны ли, братья, сдаться на произвол врага? — спросил Аристоник.

— Нет, нет! — голоса нарастали. — Лучше смерть, чем рабство!

И все же после длительной осады пришлось сдаться. Город был разграблен и сожжен, а жители проданы в рабство.

Связанного Аристоника привели к Перперне. Аристоник шел с трудом — мешали веревки, опутывавшие ноги. Перперна с любопытством взглянул на него. Он приказал развязать Аристоника.

— Я знаю, — сказал Перперна, — в твоей груди бьется мужественное сердце, и если ты подчинишься Риму и пообещаешь служить ему честно, я попытаюсь похлопотать за тебя.

— Никогда! — твердо сказал Аристоник. — Уведи свои легионы из Азии, а потом уже мы поговорим.

Полководец расхохотался. Военачальники подхватили его смех, и раскаты хохота огласили лагерь.

Аристоник смотрел на ощеренные зубы, на жирные подбородки, и злоба закипала в нём.

— Молчите вы, угнетатели! — крикнул он с презрением. — Я не насмехался над вами, когда разбил Красса Муциана!

Перперна встал. Зная его вспыльчивость, все подумали, что он бросится на Аристоника и ударит его, но Перперна, избегая смотреть ему в глаза, резко отвернулся от пленника.

— Уведите его! — приказал он и движением руки отпустил военачальников.

«Этот Аристоник храбр и не глуп, — думал Перперна, шагая взад и вперед возле шатра. — О, если бы хоть один из моих военачальников был похож на него!.. Но он опасен, и нужно принять меры…»

На другой день Перперна выступил в поход, приказав заковать Аристоника в цепи.

По обеим сторонам дороги, далеко рассыпавшись, мелькали наездники на легких, как ветер, конях, за римлянами шла пехота с огромными щитами и луками, а впереди ехал Перперна. За ними, между трубачами и знаменосцем, шел вождь восставших, гремя тяжелыми цепями. Усталый, голодный, он выбивался из сил, но шагал, не отставая. Он ждал помощи от Кеада.

Собрав между тем войска, Кеад выступил в поход.

Дорогой страшная весть о сдаче Стратоникеи ошеломила его. «Надо освободить Аристоника», — принял он решение.

Но Перперна двигался развернутым строем, окружив себя конной разведкой.

Поэтому попытки Кеада окружить римлян не имели успеха.

На ночь римляне окапывались, возводили вал и больше бодрствовали, чем спали. Ночной налет, предпринятый конницей Кеада, и действия пехоты были безуспешны.

Аристоник шагал, обессилив от усталости. Как сквозь сон, слышал он беседы легионеров о налетах Кеада, и надежда на победу не покидала его.

Однажды Перперна приказал привести к себе Аристоника. Это было после очередного стремительного налета Кеада; он напал на всадников, поивших коней в Герме, и перебил их, а лошадей угнал.

Аристоник вошел в шатер в сопровождении двух легионеров с обнаженными мечами.

Гремя цепями, он ступил шаг, другой…

— Слушай, если ты дорожишь своей жизнью, потребуй от Кеада, чтобы он прекратил нападения.

Аристоник дерзко засмеялся.

Перперна рассвирепел;

— Еще одно нападение Кеада, и я тебя повешу!

— Я не боюсь смерти!

— Уведите его, — приказал полководец, удивляясь в душе неустрашимости Аристоника.

А Кеад тревожил римские легионы до самого Пергама. Он не давал покоя воинам, снимал караулы, нападал на обозы, но у него не было такой силы, которая могла бы сломить противника.

«Как спасти Аристоника, как? — думал Кеад каждый раз после неудачного нападения. — Неужели Государство Солнца окажется под пятой римлян?»

Быстро шло время, и так же быстро следовали события. Аристоника отправили в Рим.