— Я знаю, что ты хочешь сказать этим.

Во мне поселилась знакомая тяжесть. Не думаю, что ты знаешь. Мой рот открылся, чтобы сказать ему эти слова, потом закрылся. Он и так уже был вовлечён в добрую долю Истинного мира. Когда зубы Пепла прокололи его кожу, он потерял свою старую жизнь. Не берите в голову, что это была жизнь, которую Грейвс не хотел иметь. И это была все еще моя ошибка.

— То есть, — продолжил он чуть громче, — могло ли это быть более очевидным, что они наблюдают за тобой? А мы не можем никому доверять.

Бенжамин резко вдохнул.

— Учитывая кто я, я знаю, что мы можем доверять только волкам, — Грейвс сунул руки в карманы, вышагивая рядом со мной длинными, как у кузнечика, ногами. — Пока мы не узнаем, кто предатель.

Кристоф знает. Я сжала губы. Раньше я проводила много времени в одиночестве, пока не было папы, и мне бы очень хотелось иметь рядом других людей. Едва ли я была одна, с тех пор как приехала сюда. Хаос у парадной двери Школы превратился в перепалку между парнями-оборотнями и парнями-дампирами, которые были со мной и пытались выяснять, что делать, пока наконец кто-то не послал кого-то куда-то с сообщением. Пока я стояла на крыльце в слабом свете, чувствуя себя холодной, грязной, и очень, очень подвергнутой опасности, поступили распоряжения, что с нами делать.

Двумя минутами спустя появились Бенжамин и его команда и повели меня в комнату, с тех пор они не оставляли меня одну. Я могла закрыть дверь и быть в одиночестве, если бы у меня не было странного чувства, что сам воздух слушал меня.

— Тявкай, тявкай, щенок, — сказал кто-то позади меня настолько низким голосом, что я не смогла разобрать, кто это был. И не похоже, что многие из них все время разговаривали.

Грейвс развернулся странно изящным движением. Я схватила его за руку. Возле него немного покачивалась опора, пыль, пыхтевшая от люминесцентного камня, взгромоздилась на ней.

— Прекратите это! Все вы! Господи Боже.

Они все замерли. Даже Грейвс. Он бросил на меня косой взгляд, зеленые глаза вспыхнули.

На этот раз я решила попытаться использовать такт:

— Вы, парни, можете заниматься своими делами. Я уверена, что Грейвс сможет показать мне все, — и если бы он не смог, держу пари, он нашел бы выход из этой ситуации. Кто-нибудь подсказал бы мне направление или пришел бы забрать меня.

Бенжамин снова вдохнул, как будто я только что ударила его.

— Миледи. Мы не можем.

Опять это слово. Миледи. Так они звали Анну. Я не знала, что думать по этому поводу.

— Уверена, вы сможете, — я коснулась руки Грейвса. Он явно успокоился. Это было удивительно. Сумасшедший волк и лупгару, и я перевозила их с места на место, как будто они были багажом. Они были сильнее и быстрее — по крайней мере до тех пор, пока я не пройду «становление» — но они ведь парни.

Не знаю, должны ли слова парней быть непонятными и неясными. Я толпилась между этими двумя, воздух был отравлен здоровой дозой тестостерона.

— Мы не можем, — сказал Бенжамин категорически.

Я ощетинилась:

— Просто валите в свои комнаты, а Грейвс отведет меня на Совет или что там.

— Мы ваша охрана, — Бенжамин выбрал тон победителя. Наверное, это было справедливо, потому что я разозлилась, но здорово.

— Ты говорил это миллион раз, но все, что вы делали до сих пор...

— Мы не можем оставить тебя, — Леон был единственным, кто говорил. Он обладал удивительно низким голос для такого робкого паренька. Бенжамин казался старым, но он таковым и был. — Если вампиры — или что-либо еще — нападут и доберутся до тебя, то мы должны будем отбить их. Или умереть в попытке защитить тебя. Мы же последняя линия защиты.

— То есть телохранители, — один из блондинов разговаривал чистым тенором. — Но почему они выбрали нас...

— Она еще не знает всего достаточно, чтобы сделать выбор, и они не провели Испытания, — сказал решительно Бенжамин. — Что оставляет все это нам. Достаточно бездельничать. Миледи, Совет ждет.

— Зовите меня Дрю, — я сжала руку Грейвса, надеясь, что он получит сообщение. — Но я не уверена, что мне нужны телохранители.

Как только слова вылетели наружу, то я поняла, что это ложь. Возможно, Бенжамин вздохнул потому, что был слишком тактичным, чтобы сказать что-либо. Он не закатывал глаза и не выглядел огорченным, что было чертовски великодушным с его стороны.

Конечно же мне нужен был телохранитель. Теперь, когда кровососы знали, что я жива, теперь, когда мы знали, что в Братстве был предатель, я нуждалась в телохранителях более чем когда-либо.

Я просто не была уверена, что могу кому-либо доверять. Кроме Грейвса.

И Кристофа, прошептал маленький голос внутри меня. Я проигнорировала его.

— Отлично, — я ослабила хватку на руке Грейвса. Он распрямился, натянул рукава плаща, как будто он специально остановился, чтобы отряхнуть его, и бросил на меня один из своих быстрых, многозначительных взглядов. — Тогда я полагаю, мы должны идти. Мы, вероятно, уже опаздываем.