— Да, — сказала я мрачно и пихнула Грейвса назад, отступая. Как мы сделали это, не запутавшись в ногах, я не знаю. Но нам удалось, и я была довольна. — Конечно. Дайте мне пятнадцать минут.

— Тебе не нужно спешить. У тебя есть час.

Но я уже закрывала дверь. Грейвс отпустил меня, и тогда я закрыла все замки. Я повернулась, и мы посмотрели друг на друга.

Он покраснел. Я тоже. Мы, красные, стояли и смотрели друг на друга.

— Грейвс... — начала я, в то время как он тоже начал говорить.

— Дрю... — его глаза были такими зелёными; с тех пор, как его укусили, их цвет становился светлее и интенсивнее.

Мы оба засмеялись. Это был сумасшедший, истерический смех, но всё было хорошо. Я прислонилась к двери, посмеиваясь, пока слезы не перестали брызгать из глаз. Он наклонился и обнял себя, потому что не мог нормально дышать.

Иногда вам просто надо выпустить пар. Особенно, когда вы на нервах и адреналин течет в крови в течение многих недель.

Однако всё закончилось слишком быстро. Я вытерла щеки, он, наконец, нормально вздохнул, и мы остались там, где стояли, неловко глядя друг на друга.

— Что это было? — наконец спросил он, проводя пальцами по волосам. Они превратились в черные шипы, но теперь эффект был более мягким, так как волосы отросли. — Я даже не слышал, как ты встала.

— Я была за компьютером. Заказывала одежду и всякую чепуху, — тебе нужна чашка, чувак? Я проглотила вопрос и шальной смех в одно и то же время. — Я, эм, я полагаю нам следует поговорить.

— После того, как я почищу зубы, — но он стоял неподвижно. — Господи, мне нужна одежда. Мне надоедает носить одно и то же все время.

Я слышу тебя. Тонкий шип вины прошел через меня — уже дважды всё, что ему принадлежало, забирали из-за меня.

— Я заказала тебе кое-какие вещи. И вроде как они берут нас завтра по магазинам.

— Завтра они берут тебя по магазинам, — я знала, что он не это имел в виду. Или, возможно, именно это хотел сказать, потому что прямо после того, как слова покинули рот, он выглядел так, будто ему было стыдно. Его сережка качнулась, когда он наклонил голову, водя пальцами по косматым волосам.

— Нас. Или я не иду, — я сложила руки и смотрела на синий ковёр. — Так, могу я задать вопрос? Об... этом.

— О чём?

О чём, черт возьми, как он думает, я собираюсь говорить? Но он был парнем и, следовательно, мог все забыть. Тем не менее, на сегодняшний день я исчерпала весь запас бесстыдства и собиралась использовать завтрашний запас примерно через час. Поэтому я изучала ковер, как если бы это подало мне идею. Он ничего не сказал.

Грейвс продержался около пяти секунд, затем кашлянул.

— Я, э-э, я имею в виду, черт побери. Разве я, ты знаешь, обидел тебя или что-то ещё?

— Нет, нет, — я потрясла головой. Черт побери, мои щеки снова горели. Медальон моей матери был теплым, и я выстрелила взглядом в него, просто чтобы проверить, где мы были.

Он смотрел на меня так, будто у меня на лице что-то было. В конце концов, я поняла, что потратила достаточно бесстыдства. Или я могу позаимствовать немного?

— Я просто, ну, в общем, хотела знать, где мы находимся в отношениях. Это все, — ну вот. Я всё сказала. Я хотела знать, правильно ли истолковала все или нет.

— О, — затем он долгое время молчал, я думала, что закричу. — Я, эм. Чёрт побери. Ладно.

Крик был определенно хорошим вариантом. Ладно, я что-то неправильно поняла. То есть, я не думала, что можно неправильно понять то, когда вы суете свой язык в рот парня. Но, полагаю, это так. Я или нравилась ему, или не нравилась, или нравилась, но просто не стоила таких проблем, или...

Господи. Слышать ругательства от парней определенно было хорошим вариантом. Не похоже, что у меня будет много времени вне уроков, учитывая то, что вампиры пытаются убить меня и все остальное.

Но, вы знаете, я бы хотела приспособиться к этому. Вместе с ним

— Хорошо, — я направилась мимо него в ванную. — Тогда я в туалет. Забудь, что я спросила.

— Дрю... — он сказал это так, будто у него заканчивался воздух.

— Нет, действительно. Всё круто. Я просто...

— Ты мне нравишься, хорошо? Правда. Просто... вся эта фигня, что происходит с тобой. А вампиры все время пытаются заполучить твою голову.

Я с трудом сглотнула.

— А ты думал, что будет легко? — но мое сердце раздулось как воздушный шар. Прошло много, много времени с тех пор, как я снова почувствовала что-то подобное этому. После нескольких секунд я решила, что счастье было блеклым словом для описания этого. — Хорошо. Круто. Ты мне тоже нравишься. Мы в значительной степени доказали это. Мы будем осторожны, правильно? — независимо от того, что это означает.