Капитан, наоборот, изучающее глядит на меня. Оно и понятно. Припёрся-то я - мне и расшаркиваться.

–  Ну, хули? Давайте знакомиться... Меня Алексей зовут.

– В какой батальон?

– Второй... кажется.

– Жаль.
–  Подаёт голос старлей, всё так же не глядя на меня, но уже явно переживая какие-то внутренние подвижки к жизни. Порозовел - жить будет.

– Училище, лейтенант.

– Московское... МосВОКУ.

– Балетно-паркетное?? Нахуя нам в Забайкалье строевая-то??
– полухмыкая, полунегодуя цедит капитан.

–  Ну, я же не к тебе приехал... - это уже я бычить начинаю.

– Ты охуел, лейтенант?? Я с тобой на брудершафт не пил, бля!!!

– Я с тобой тоже, капитан.
– " Писдец, да что я за мудак?... не успел приехать - уже, блядь, с кем-то сцепился... с капитаном, блядь, пагранец хотя... не наш... похуй... без пиздюлей - как без пряников"...

Капитан резко расслабляется и, уже улыбаясь, говорит, обращаясь к старлею:

– Слышь, Андрюх, а мальчика-то борзого вам прислали... если его ваши буряты не отпиздят раньше, чем оперится - толк будет.

– Да похуй... У нас тут все борзые... наливай давай, - бурчит пьяный сталей Андрюха.

– Иди сюда, лейтенант, знакомиться будем. Не пили ведь на брудершафт? - хитро щурится капитан, по нему уже и не скажешь, что он мается похмельем, опыт сказывается, наверное. - Сам признал? Ну, так выпьем... добро пожаловать в самую глубокую точку ануса мировой жопы -Забайкалья, город герой Борзю... гы-гы, - капитан балагурит и разливает по стаканам водку. - Китайским триппером грозя, стоит красавица Борзя.

"М-дяаа, а время начало девятого" - подсказывает мне начинающий попытку анализа и тут же отгорающий мозг.

Мне в 10 в штаб бригады надо, вообще-то. Службу с пьянки начинать? Тоскливо.

"Майор, почему я с тобой в поезде не нажрался?"

– Да не... я бы чайку с дороги... мне сегодня представляться.

Старлей впервые интересуется моей персоной и пытается сфокусировать на мне взгляд.

– Не ссы... бригада на учениях. Да если бы и нет... кто тебя отсюда куда отпустит? Уволят?? Расслабься, лейтенант...как там тебя?

– Алексей его, - подсказывает капитан.

– Алексей... будешь ты пьяный, или не будешь - уже разницы нет... меньше взвода не дадут, дальше Борзи не пошлют... я Андрей... командир третей роты третьего батальона...три/три... понял? А чая ты тут хуй найдёшь... света со вчерашнего обеда нет... да и был бы... воду вроде тоже отключили... тут и свет, и вода только по праздникам... гы... а праздников нет... усёк? Давай, не выёбывайся, садись за стол... водку с большой земли привез,небось... а то китайская заебала... Денатурат голимый.

– Динаааашка, - приторно-ласково тянет капитан, и картинно сплёвывает. Местная водка, будучи пролитой на пол, ведёт себя, как кровь жуткой твари из голливудского блокбастера "Чужой", а именно - разъедает краску. Мне предстоит это пить в течение года.

Я молча подхожу к умывальнику и кручу барашек крана. Кран издаёт всасывающий звук и умирает. Выключателем щелкать почему-то даже не охота.

Что я? Медведь дрессированный? Так и те за просто так на велосипедах не ездят.

Света и воды нет. Это факт. Факт, к которому я оказываюсь полностью не готов. Я, прибывший из Москвы человек, вообще с трудом себе представляю жизнь без электричества. Вода - штука более добываемая всё-таки. Жириновский как-то орал, что приклеит свой ваучер на гроб Чубайсу. Я бы там ещё гвоздём слово "хуй" нацарапал. Начинать службу с осознания отсутствия таких элементарных признаков цивилизации не особо приятно. А точнее - дико.

Я поворачиваюсь к хозяевам комнаты:

– И часто у вас так?

– Как?

– Ну ... .ни света, ни воды?

– Да постоянно... у погранцов, вон, у Мишки на заставе, - Андрей кивает на капитана. - и то лучше бытовуха.... Тут водой запасаются, брат, а электричество ловят... гыгыгы... да ты садись к столу-то.

– А как же вы тут живёте??

– Как живём??
– вдруг зло срывается старлей со стула, - пойдём, блять, лейтенант, я покажу, как мы тут живём...
– и топает мимо меня. Он, в комке, портупее и берцах, нетвёрдо и тяжело, но целенаправленно ступая, движется мимо меня к многострадальной двери. Здоровый пьяный мужик, одетый по форме N4, зло открывает дверь, разметающую тапки, не дававшие раньше ей открыться, выходит в коридор, делает шаг к двери напротив и с маху всаживает каблук под замок соседей. Слышится хруст ломающегося косяка, и дверь с силой распахивается внутрь, производя неимоверный грохот.