— За что, вроде мы ничего не сделали? — удивилась Юлька.

— Настроение вы мне подняли, сразу жить захотелось!

— Дмитрий Анатольевич, надежда — это замечательно, но я не хотела бы, чтобы вы… — неуверенно вклинилась в разговор Алиса.

— Дима, не рви сердце, я тебе обещаю: очень скоро ты будешь на свободе, — Юлька перебила подругу на полуслове. — Перевернется и на нашей улице самосвал с пряниками! Если, конечно, эту бабу грохнул не ты.

— Нет, я никого не грохал, — уверенно ответил тот. — Я вообще не способен на насилие, в любой форме. Во всяком случае, всегда был в этом убежден.

— Мы найдем того, кто тебя подставил, и тебя отпустят, — заявила Юлька. — Я вижу, Катя совершенно права: ты не убийца, — уверенно произнесла она. — Не похож ты на преступника, значит, здесь тебе не место. Сюда мы посадим настоящего преступника, и очень скоро! Помнишь, как Глеб Жеглов говорил? «Преступник должен сидеть в тюрьме». Вот и мы скоро на твое место притащим того, кому положено тут быть.

— Юля, как ты можешь так беспечно разбрасываться подобными обещаниями? — ахнула Алиса. — Зачем напрасно обнадеживать человека, если мы пока что вообще ничего не знаем?

— Ты не знаешь, зато я знаю, — Юля отмахнулась от подруги. — Дима, держи хвост пистолетом и верь мне, — подмигнула она молодому человеку.

— Постараюсь, — улыбнулся тот, глядя на вихрастую прическу девушки. — Больше мне ничего не остается.

— Привет, Чугункин, — поприветствовала Юлька Данилу. — Что ж ты так долго спишь? Посмотри на часы, лежебока, скоро полдень.

— Ты меня, наверное, с собой перепутала, Катастрофа? Это ты у нас любишь поспать до обеда, а я с шести утра на ногах, чтоб ты знала, — парировал Данила. — По делам нашего клиента ездил, только что освободился.

— Это кто до обеда спит? — возмутилась девушка. — Если я уже в девять утра здесь, прикинь, во сколько мне нужно из дома выйти? В выходные только душу и отвожу, да и то не всегда. Вы же с Кириллом ухитряетесь даже в праздник меня из теплой постели вытащить.

— Когда это такое было, чтобы в праздник? — изумился Данила. — Не помню такого случая.

— Помять отшибло? — прищурилась Юлька. — А помнишь, как вы разбудили меня аж в одиннадцать утра, когда был день моих именин?

— Тоже мне, праздник нашла, — хмыкнул Данила. — У меня именины три раза в году, если я все их буду праздниками считать, работать будет некогда.

— Для тебя не праздник, а для меня — самый настоящий. И вообще, вы мне выходных почти не даете, а это нарушение трудового законодательства. Вот уйду от вас к чертовой матери, сидите тогда здесь сами. Сплю я, видите ли, много, — буркнула Юлька. — Совсем обнаглели, братцы-кролики.

— Ну, извини, я сказал, не подумав, — пошел на попятную Данила, зная: если он продолжит спор, ни к чему хорошему это не приведет. — Никак не пойму, что с твоей головой, причесон у тебя сегодня отпадный, — он быстро сменил тему.

— Это комплимент или повод для драки? — многозначительно спросила Юлька, сердито глядя на друга.

— Естественно, комплимент, — моментально сориентировался Чугункин, заметив недобрые искорки, промелькнувшие в глазах подруги. — Такой необычный… э-э… колер. Никогда не видел волос с зеленым оттенком… но тебе идет, — поторопился отметить он.

— Краска дебильная попалась, наверняка контрафакт, — объяснила Юлька. — И ведь не на каком-нибудь Черкизовском рынке ее покупала, а в приличном магазине, и нате вам — умывайтесь и улыбайтесь! Всегда пользовалась товаром этой фирмы, а вчера фигня получилась.

— Так перекрасилась бы.

— Сразу это делать нельзя, вредно для волос, могут выпасть. Ты можешь представить себе, как я, ваша секретарша, буду восседать в офисе с головой, похожей на бильярдный шарик? — фыркнула Юля.

— Нет, такое нам совсем ни к чему, — испуганно ответил Данила.

— Вот и я о том же, поэтому выбрала более оптимальный вариант. Похожу недельку с зелеными волосами, потом перекрашусь. И вообще, нечего таращиться на мою прическу, лучше обрати внимание на клиентку, — Юля кивнула на небольшой закуток, где сидела Екатерина.

— О, господи, кого я вижу, Катюша! — обрадовался Данила. — Сколько лет, сколько зим! Привет, моя хорошая. Я тебя сразу и не приметил, сидишь в уголочке, как мышка.

— Привет, Даня, — смущенно улыбнулась Катя.

— Юля, я что-то неправильно понял или не расслышал? — обратился Данила к Смеховой. — Ты вроде что-то о клиентке сказала?

— Ну да. Вот она сидит, перед тобой.

— Это ты, что ли, клиентка? — Данила удивленно посмотрел на Катю.

— Ага, я, — подтвердила она. — Мне очень нужно с вами поговорить. А где Кирилл?