Только вернувшись вновь на свою линию разметки и повернувшись обратно лицом к арене, я увидел, что Карата так до сих пор и не встал. И более того, над ним уже активно суетился его сенсей, а также друзья и медики из команды. Надо же... Что-то вид у них слишком встревоженный, как бы я там не перестарался... Но нет, Сакугава, вопреки моим страхам, был еще жив и практически цел, просто пребывал без сознания. Повезло, а то я ведь мог парню и шею сломать по злобе, с меня бы сталось.

Судья, исполнив свои фирменные манипуляции с куском картона, коротко огласил.

– Сакугава Карата, спортивная школа Ямоути, продолжать поединок не сможет. Призовая победа за Шишигавара Моэ, спортивный клуб Мияшита!

К моему удивлению в ответ на это сообщение с трибун и из толпы, собравшейся вокруг, раздались негромкие, но отчетливые аплодисменты, кто-то даже издал резкий свист. Хм, да что здесь вообще происходит? И откуда, кстати, взялась эта куча народа, сгрудившаяся у нашей площадки? Состояла она в основном из участников соревнований и их ближнего сопровождения. Когда мы с Каратой только начинали, такого столпотворения тут точно не было... Наверное, недавно на одной из соседних арен проходил поединок какой-нибудь титулованной спортивной "звезды". А когда он закончился, люди попросту задержались, чтобы досмотреть мою разборку с Сакугавой. Но все равно приятно, не скрою.

Особенно, когда на тебя из первых рядов смотрят такие девчонки. Некоторые говорят, что им спортсменки не нравятся, но я в этом деле являюсь полным космополитом. К тому же, довольно живописная группа барышень, стоявших как раз рядом с сенсеем и Гендо, имела в своем составе весьма симпатичных особ. Кареглазые брюнетки, эх. Им, наверное, уже лет по пятнадцать-шестнадцать где-то. Я для них еще сущий пацан, к сожалению. Но с собой ничего поделаешь, гормоны-то играют в крови по-взрослому, а у моих ровесниц в большинстве своем главные признаки, привлекающие мужское внимание, еще только начинают, скажем так, формироваться. Вот и приходится пока заглядываться... Ладно, все равно на это пока времени нету! Уж сегодня, как минимум...

– Моэ, ты ведь вел со счетом четырнадцать - ноль, - сообщил Харада, стоило мне только приблизиться.
– Хватило бы и одного обычного удара, чтоб тебе засчитали победу.

– Простите, Харада-сенсей, - я опустил "покаянно" голову, не пряча при этом улыбки.
– В следующий раз, буду более сдержан и не стану расходовать понапрасну силы.

– Уж постарайся, - серьезным голосом, но тоже улыбаясь, ответил наставник и, глянув по сторонам, захромал к выходу из зала.

Гендо подал мне полотенце и бутылку с соленой минералкой.

– А что это тут была за движуха большая?
– спросил я у клерка.

Толпа к этому времени уже основательно рассосалась, но понять, о чем я, было несложно.

– Дрался кто-то из чемпионов, что ли?

– Ага, дрался, - с хитрой перекошенной улыбкой ответил Гендо.
– Серебряный призер открытого юношеского чемпионата Хонсю этого года, - и, продолжив ухмыляться, дернул подбородком, указывая мне за спину туда, где как раз уже собирались грузить на носилки бесчувственного Сакугаву.
– Вон. Валяется.

* * *

– Вы хоть в следующий раз меня о подобных мелочах предупреждайте!

– А зачем?
– продолжил меня подначивать Гендо.
– Справился ты, вроде, и так неплохо. А расскажи я тебе о Сакугаве все сразу, еще бы задергался с перепугу...

– Гендо-семпай, вы ведь помните, что я и вам могу репу начистить, если мне вдруг очень захочется?
– поинтересовался я в ответ вкрадчивым тоном.

Клерк усмехнулся, но демонстративно отсел на полшага в сторону.

– Не надо таких жестоких намеков, Моэ-кун.

– Намек, не намек, а ведь именно этим вам и придется сейчас заняться, - сообщил Харада-сенсей, подошедший к последней части нашего разговора.
– По расписанию следующий бой у Моэ в четвертом часу, потом сразу последний ровно в пять. Правильно?

– Да, - кивнул Гендо.
– Как раз успеем перекусить, - из сумки старшего ученика появилось несколько алюминиевых коробок-футляров с обедом.
– А потом и размяться сможем. Те, с кем тебе, Моэ-кун, предстоит иметь дело дальше, тоже начнут выходить на площадку не раньше трех.

– Надеюсь, Гендо-семпай, это обед настоящего чемпиона?
– хмыкнул я, принимая свой коробок и усаживаясь на скамейку рядом с будущим спарринг-партнером.

– Можешь сказать, что это не показатель, но пока от моей стряпни никто еще не умирал.

Опустившийся рядом со мной на лавку, сенсей остановил мою руку, уже потянувшуюся с палочками к обжаренному мясу под соусом.

– Похоже, придется с обедом слегка погодить...

Взгляд Харады был направлен на вход в разминочный зал, откуда в нашу сторону, уже переговорив со штатными медиками, направлялась группа из трех человек. В первом из них я узнал одного из членов судейской коллегии, что присутствовали на моем последнем поединке, двое других были облачены в белые халаты.