– Да, все наладилось буквально через пару дней. Слава Богу, никаких необратимых повреждений сетчатки не было.

Калвер подумал, что Дили выглядит довольно неважно. Вид у него усталый, задерганный. Да это и неудивительно. Очевидно, он взвалил на свои плечи всю ответственность за происходящее в убежище, и вряд ли кто-нибудь позавидовал бы ему. Правда, и все присутствующие выглядели не намного лучше. Наверное, доктор права: ему, Калверу, действительно повезло – он хоть на несколько дней отключился ото всех этих безумных проблем.

– Мы практически ничего не знаем о вас, Калвер, кроме, пожалуй, того, что вы человек решительный, выносливый и сообразительный. Может быть, вы немного расскажете о себе, чем вы занимались до катастрофы?

– Это имеет какое-то значение?

– Разумеется. Нас здесь слишком мало. Поэтому любой навык, любое знание могут оказаться полезными для всех. Я, несмотря ни на что, верю, что есть и другие такие же группы, как наша, а может быть, даже целые сообщества людей, выживших после взрывов. И надеюсь, что рано или поздно мы объединим наши усилия. Но пока мы можем рассчитывать только на себя.

– Боюсь, что от моей профессии никакой практической пользы не будет, – сказал Калвер с чуть виноватой улыбкой. – Я вертолетчик.

Дили откинулся на спинку стула и произнес:

– А-а-а!

В этом восклицании одновременно прозвучали и удивление, и заинтересованность.

– У меня было свое небольшое дело, – продолжал Калвер. – Наша компания состояла всего из нескольких человек: мой партнер, который занимался коммерческой стороной дела, еще один пилот и пять техников.

– Что вы перевозили? – спросил Фарадей.

– В основном мы занимались грузовыми перевозками. Хотя изредка перевозили и пассажиров. Мы работали в Редхиле: и от Лондона недалеко, и от южных районов тоже. Но я бы не стал утверждать, что мы составляли конкуренцию “Бристоу” – большой вертолетной компании, действовавшей в том же районе.

Калвер ухмыльнулся, а Фарадей спросил с интересом:

– Какие вертолеты у вас были?

– Трех видов. Самый большой – двухмоторный “Вестланд Вессекс-60”, который мы используем... простите, я никак не привыкну, что все это уже в прошлом, – использовали для транспортировки и подъема тяжелых грузов. Кроме того, он мог взять на борт шестнадцать пассажиров и годился для перевозки бизнесменов, торговых делегаций или рабочих бригад. – Калвер снова улыбнулся и продолжал: – Несколько раз мы даже переправляли рок-группы и сопровождавшую их свиту. Не потому, разумеется, что им надо было побыстрее попасть куда-то: просто они хотели произвести впечатление на своих поклонников, свалившись на них прямо с неба. Еше у нас была машина поменьше, “Белл-206-В”. Она могла взять только четырех пассажиров, и мы в основном использовали ее только для перевозки грузов. Самая маленькая наша машина, “Белл-47”, была рассчитана только на двоих. Я очень многих людей научил летать на этой машине. Конечно, они не стали профессионалами, но достаточно хорошо управлялись с этой старушкой. Мы приспособили ее для опрыскивания полей, и у нас было много заказов от местных фермеров.

Калвер смутился, заметив пристальный взгляд Дили, устремленный на него. Он сразу не понял значение этого взгляда и только немного погодя сообразил, что Дили просто впервые видит его. Если только не заходил к нему в лазарет, в чем Калвер сомневался. Похоже, у Дили и без того немало дел. Калверу было интересно, соответствует ли его внешний облик тому представлению, которое сложилось у Дили за время их совместных мытарств.

– Простите, Калвер, это уже чистое любопытство: что привело вас в Лондон в прошлый вторник?

– Я приехал за деньгами. Компания “Бристоу” продавала вертолет “Белл-12”. Причем они хотели получить за него наличными. Мне удалось убедить банк, что моей компании можно доверять.

Дили перебил его:

– Вы хотите сказать, что в джинсах и кожаной куртке явились в банк, чтобы просить в кредит приличную сумму денег? – В голосе его звучало недоверие.

Калвер улыбнулся.

– Я понимаю вас, Дили. Гарри, мой партнер, как правило, носил костюм, чтобы выглядеть солиднее. Но предварительная договоренность с банком уже была достигнута. Я приехал лишь для того, чтобы завершить сделку. – Улыбка исчезла с его лица. – Я опаздывал, а Гарри терпеть этого не мог. Он наверняка уже был на месте, и ему пришлось извиняться перед управляющим за мое опоздание.

– Будем надеяться, что здание банка уцелело, – сказал Дили, понимая, о чем сейчас думает Калвер. Калвер покачал головой.

– Нет, Дили, наш банк был недалеко от “Дейли миррор”. Во время нашего с вами путешествия я видел, что в том районе не уцелело почти ни одно здание.

В комнате воцарилось молчание, которое прервал сам Калвер:

– Я думаю, мы собрались сейчас, чтобы обсудить наше будущее.

– Вы правы, мистер Калвер, – сказал Фарадей, отойдя от стены и усевшись на край стола. – Мы должны разработать план действий не только на те недели, которые нам предстоит провести в убежище, но и на тот случай, если нам по какой-либо причине придется его покинуть.

Калвер осторожно спросил:

– А почему не собрали всех обитателей убежища? Ведь это касается каждого из нас.

Брайс нервно заерзал на стуле и сказал:

– Дело в том, что отношения между официальными лицами и обслуживающим персоналом телефонной станции накаляются. С одной стороны, это довольно глупо и вместе с тем страшно, потому что чревато непредсказуемыми последствиями, а с другой стороны, это как бы подтверждает опасения правительства, что ядерная война непременно вызовет взрыв недовольства гражданского населения против властей.