Трое упорно шли вперед, спотыкаясь, задыхаясь от дыма. Время от времени кто-то падал, но упавшего поднимали, и страшный поход продолжался. Наконец мертвые и покалеченные остались позади. Генри остановился. Дженни и Вайолет буквально наткнулись на него.

— Что случилось? — встревожилась Вайолет.

— Впереди что-то блеснуло.

Генри пошел по серебристому рельсу. Вдруг его фонарь высветил четыре черных тени. Четыре огромные крысы притаились в темноте и поджидали их. Несколько секунд ни крысы, ни люди не двигались. Потом Генри медленно отступил. Позади него оцепенели две женщины. Крысы не сводили с людей злобных взглядов. Генри услышал за спиной сдавленный крик Вайолет. Женщина крепко схватила его за Руку.

— За нами тоже крысы, — выдавила она.

Генри Саттон быстро обернулся. Сзади к ним подбирались еще две твари. Генри понял, что они попали в ловушку. Четверка впереди тоже начала двигаться крошечными шажками. Крысы готовились прыгнуть на людей.

“Может, будь я один, я бы сумел прорваться, — подумал Саттон. — Перепрыгнуть и убежать. Но женщинам не уйти. Если бы я был один, У меня был бы шанс на спасение...”

— К стене, леди. — Он подтолкнул женщин к стене, приказав себе не думать о бегстве. — Держитесь сзади, и если они попытаются обойти меня, отбивайтесь ногами. — Он снял пиджак и намотал его на руку.

Крысы выстроились перед ними полукругом. Дженни стояла, прижавшись лицом к стене. Вайолет заплакала и стала шептать имена детей.

Одна из крыс поползла вперед, не сводя холодного взгляда с Генри.

В этот момент впереди сверкнул свет, послышались голоса, чьи-то шаги. С каждой секундой свет становился ярче, шаги и голоса приближались.

Крысы и люди разом посмотрели в сторону, откуда донеслись голоса. Все замерли. Тихий шорох заставил Генри Саттона повернуть голову, и он успел заметить, как крысы, за исключением одной, побежали к поезду. Но одна тварь по-прежнему разглядывала его. Похоже, она ничуть не боялась. От этого взгляда клерка охватил леденящий холод. Ему показалось, что тварь заглядывает ему в самую душу. Генри парализовал страх. Огромная крыса чуть ли не с презрением посмотрела на приближающихся людей, бросила один взгляд на Саттона и убежала.

— Сюда! Сюда! — закричал Генри.

Через минуту их окружили люди в форме: полиция и служащие метро. Генри рассказал о том, что произошло. Все недоверчиво уставились на него.

— Да бросьте вы, сэр. Крысы не могли... напасть на поезд, полный людей, — авторитетно заявил полицейский сержант и покачал головой. — Гигантские или обычные, они не могут пробраться в поезд. Может, у вас от дыма закружилась голова?

Вайолет Мельрей оттолкнула маленького клерка и закричала:

— Пойдите и посмотрите, черт побери! — Она повернулась к Генри, взяла его за руку и мягко поблагодарила: — Спасибо! Спасибо за помощь!

Генри покраснел и опустил глаза.

— Ладно, — сказал сержант. — Мы пойдем к поезду. А двое моих людей проводят вас на станцию.

— Нет, — возразил Генри Саттон. — Я вернусь к поезду с вами. Вам понадобится как можно больше людей. — Он посмотрел на женщину, продолжавшую держать его руку. — До свидания. Я вас найду.

Прежде чем он успел высвободить руку, она шагнула к нему и поцеловала в щеку.

— До свидания, — прошептала Вайолет.

Харрис радостно вошел в шумный класс. После уик-энда он чувствовал себя превосходно. Нужно почаще выезжать из Лондона. Свежий воздух, просторы, зелень. Непобедимое сочетание.

— Ну ладно, вы все, заткнитесь! — перекричал он шум детей. — Скалли, сядь и высморкайся. Томас, марш от окна на свое место. Морин, спрячь зеркало. Хорошо отдохнули? Все! Начинаем перекличку.

Дети поняли, что он в хорошем настроении и можно позволить себе немного больше, чем обычно. По крайней мере, в это утро.

— Только двое отсутствующих. Неплохо для первого урока в понедельник. Да, Карлос, в чем дело? Туалет? Но ты ведь только что зашел в класс. Ладно, иди. Ведь ты, если не сходишь, не сосредоточишься.

Карлос, худенький, смуглый мальчик, сказал:

— Спасибо, сэр, — и пошел к двери. Повернувшись спиной к учителю; он хитро улыбнулся.

— Кэрол, раздавай бумагу. Шейла, раздавай карандаши. Сегодня будем рисовать животных, — сообщил классу Харрис.

— Можно нарисовать свинью, сэр? — поинтересовался парень с последней парты.

— Почему свинью, Моррис?

— Можно срисовать с толстяка Туми, сэр.

Туми гневно повернулся к обидчику. Класс разразился хохотом.

— Иди сюда, Моррис, — позвал Харрис, твердо сжав губы. Парень нехотя вышел к доске. — Умеешь рисовать обезьян?

— Нет, сэр.

— Попробуй срисовать с зеркала, — посоветовал Харрис, понимая, что класс ждет ответа. Все обрадовались, что наглеца поставили на место, хотя и знали, что любой из них может оказаться на очереди.