— А, это хорошо, — успокоился Леонтий.

Кира с ужасом посмотрела на него. Хорошо?! В чём это хорошо?!

Дмитрий, тоже непроницаемо смотревший на всех, обернулся к Кире и спокойно кивнул ей. Потом напряжённо улыбнулся и проговорил:

— Кира, постарайся не нервничать. Всё пройдёт быстро и цивилизованно.

Всей толпой вышли в холл.

И буквально через секунды открылась входная дверь — и на пороге появилась, по впечатлениям перепуганной Киры, целая компания. Сначала мужчины заходили спокойно, хоть и с оглядкой. Но при виде Киры — она стояла впереди домашних — трое остановились. Из-за их спин вышел тот самый человек в форме и сказал:

— Добрый день, Тимофей Алексеевич.

— Добрый день, Виталий Викторович, — отозвался Тим, равнодушно глядя на троих, который стояли так, словно собирались встать спина к спине и начать отстреливаться.

— Вот, гостей к тебе привёл.

— Спасибо, Виталий Викторович. Что ж, садитесь, гости. — Тим подбородком указал на стоящие в холле кресла.

Помешкав, трое уселись, чуть подтолкнув свои кресла ближе друг к другу. За ними уселись и остальные. При виде Киры двое выпрямились, а третий — наоборот, ссутулился.

Тим взял её за руку и, прежде чем усадить её на небольшой диван с низкой спинкой, представил Виталию Викторовичу:

— Моя невеста, Кира. Знакомьтесь.

— Очень рад знакомству, — учтиво склонился перед девушкой начальник пультовой охраны. — Виталий Викторович. Мне остаться, Тимофей Алексеевич?

— Да, неплохо бы, — задумчиво сказал Тим. — Мне бы хотелось, чтобы вы тоже услышали, зачем сюда приехали эти трое.

— В таком случае это дело не в нашей компетенции, — сказал один из троих. — Пусть с вами разговаривает наше начальство.

— А в чём дело-то? — деловито поинтересовался Виталий Викторович.

— Мою невесту постоянным преследованием доводят до самоубийства, — спокойно заметил Тим. — И теперь это продолжается прямо сейчас и прямо здесь.

— Докажите сначала, — буркнул тот третий, из новичков.

— Умный какой нашёлся, — ласково сказал Леонтий. И ощерился.

— Леонтий! — сухо сказал Тим.

— О, а с Леонтием Алексеевичем что стряслось? — всё так же невозмутимо спросил начальник пультовой охраны.

— Стукнулся он, — сообщил Тим. — Вот гости подтвердят, что стукнулся. Не правда ли, гости?

Мужчины разговаривали так спокойно, что Кира уже тряслась от ужаса. Ей всё казалось, что напряжение, почти ощутимо дрожащее в воздухе холла, вот-вот взорвётся. Спокойный, деловитый разговор чувствовался как медленно раздирание страницы пополам. И что будет, когда страница будет разорвана?

Когда в холле повисла неловкая пауза, когда мужчины сказали всё и не знали, как выбираться из этой странной ситуации, чреватой взрывом, Кира встала, освободила пальцы от хватки Тима и подошла к троим.

— Вот, — сказала она и показала им пальцы с кольцом. — Передайте… — Она споткнулась, не зная, стоит ли называть имя человека, на которого они работают. — Передайте, что я больше не предсказываю.

— Ты ещё у нас… — начал дурак третий, но его перебили.

— Мы согласны. Передадим, — сказал светловолосый, которого Кира ненавидела всей душой: это он её втолкнул тогда в комнату с зеркалом, когда она кричала и плакала от страха и ужаса, упираясь изо всех сил.

Он встал первым и, не глядя больше на Киру, развернулся и пошёл к выходу. Остальные двое побрели за ним. Двое из охранников, сопровождавших гостей, как уже знала Кира, последовали за ним.

— Проводят, — равнодушно сказал Виталий Викторович, когда дверь за теми и другими закрылась. — Тимофей Алексеевич, не хотите ознакомить с происходящим? Вы мой послужной список знаете. Что-то и посоветовать могу.

— Приглашаю оставшихся к обеду, — предложил Тим. — Кира, предупреди тётю Соню, что едоков у нас за столом ожидается на двоих больше. — И объяснил гостям: — Тётя Соня у нас любительница приготовить чуть больше — на всякий случай. — И, помолчав, добавил: — За столом и объясним вам всё, Виталий Викторович.

Сначала оба гостя, стараясь делать это незаметно, время от времени скашивали глаза на яркие плакаты с изображением букетов, натюрмортов и пейзажей, развешанные по стенам столовой комнаты. Кира прекрасно понимала гостей: в слегка продолговатом небольшом зале, выдержанном в светло-медовой гамме, где даже длинные, в пол, тюли мягко светились прозрачным жёлто-коричневым, сочное разноцветье смотрелось, мягко говоря, несколько странно. Но затем тётя Соня поймала взгляд Дмитрия на одну из картинок и с простодушным удовольствием объяснила: