Шрифт:
Алекс Вандерворт ничего не знал о заметке, до того как утром в понедельник секретарша не положила газету ему на стол вместе с прочими бумагами, обведя заметку красным.
Весь день в понедельник Эдвина Д'Орси звонила, чтобы узнать, читал ли Алекс про слухи и знает ли он, что за этим стоит. В волнении Эдвины не было ничего удивительного. С самого начала программы «Форум-Ист» на подвластное ей отделение банка в центре города легла ответственность за выдачу строительных кредитов, было взято много залогов и потрачено немало бумаги. К этому моменту проект представлял собой важную часть деятельности банка.
— Если в этом есть хоть что-то, — настаивала Эдвина, — я хочу, чтобы мне об этом сказали.
— Насколько мне известно, — заверил её Алекс, — до сих пор ничего не изменилось.
Спустя мгновение он вновь взялся за телефон, намереваясь связаться с Джеромом Паттертоном, затем передумал. Неверная информация о «Форум-Ист» появлялась не впервые. Проект вызвал много шума, и какая-то информация неизбежно оказывалась неточной.
«Бессмысленно, — решил Алекс, — беспокоить нового президента банка по мелочам, тем более когда хочешь заручиться поддержкой Паттертона в главном вопросе — расширении деятельности „ФМА“ по привлечению вкладов, — вопросе, который должен был рассматриваться советом директоров».
Так или иначе, когда через несколько дней в ежедневной газете «Таймс реджистер» — на этот раз в колонке новостей — появилась уже целая заметка, Алекс забеспокоился.
Сообщение гласило:
«Озабоченность по поводу будущего «Форум-Ист» неуклонно растет среди множащихся слухов о возможности в скором времени значительного сокращения или полного прекращения финансирования.
Проект «Форум-Ист», долгосрочная цель которого заключается в полном восстановлении жилых и деловых кварталов в центре города, был подписан консорциумом финансистов во главе с банком «Ферст меркантайл Америкен».
Представитель банка «Ферст меркантайл Америкен» сегодня признал существование слухов, но не стал их комментировать, сказав лишь, что «в должное время будет сделано соответствующее заявление».
В соответствии с планом «Форум-Ист» некоторые из центральных жилых районов города уже модернизированы или перестроены. Завершено строительство многоэтажных домов с квартирами малой стоимости в одном микрорайоне. На очереди следующий.
Десятилетний генеральный план включает программы по улучшению школьного образования, помощи малому бизнесу, организации профессионального образования и рабочих мест, а также строительство культурных центров и центров отдыха. Строительство основных объектов, начатое два с половиной года назад, до сих пор велось по графику».
Алекс прочел сообщение в газете утром за завтраком у себя в квартире. Он был один: Марго по работе уехала из города неделю назад.
Приехав в башню «ФМА», он вызвал к себе Дика Френча.
Френч, вице-президент по связи с общественностью, бывший редактор финансовых новостей, дородный, с несколько грубоватой манерой говорить, искусно управлял своим отделом.
— Во-первых, — спросил Алекс требовательным тоном, — кто говорил от лица банка?
— Я, — ответил Френч. — И надо признаться, мне было неприятно говорить эту муру по поводу информации «в должное время». Но мистер Паттертон велел мне употребить именно эти слова. Он настоял также на том, чтобы я не говорил ничего больше.
— А о чем ещё может быть речь?
— Это вам надо мне рассказать, Алекс. Совершенно очевидно: что-то происходит; и хорошо это или плохо, но чем скорее мы об этом сообщим, тем лучше.
Алекс сдержал закипавший в нем гнев.
— По какой причине не посоветовались со мной?
Вице-президент по связи с общественностью удивился:
— Я думал, вы обо всем знаете. Когда я разговаривал по телефону с мистером Паттертоном вчера, я знаю, что там был Роско, поскольку слышал, как они разговаривали. Я решил, что вы тоже там.
— В следующий раз, — произнес Алекс, — ничего не предполагайте.
Он отпустил Френча, затем попросил секретаршу разузнать, свободен ли Джером Паттертон. Ему сообщили, что президент ещё не приехал в банк, но находится в пути, и Алекс сможет встретиться с ним в одиннадцать. Алекс что-то с досадой буркнул и вернулся к работе над расширением программы долгосрочных вкладов.
В одиннадцать Алекс прошел небольшое расстояние, отделявшее его от президентских апартаментов — двух угловых комнат, каждая с видом на город. С момента вступления в должность нового президента вторая комната чаще бывала закрыта, и посетителей туда не приглашали. Через секретарш просочился слух, что президент упражняется в ней, делая отжимы на ковре.
Сегодня яркое солнце светило с безоблачного зимнего неба сквозь окна во всю стену, освещая розовую, почти лишенную волос голову Паттертона. Он сидел за столом, на нем был легкий костюм с еле заметным рисунком, — что было исключением, так как он носил обыкновенно твид. Перед ним лежала газета, развернутая на сообщении, заставившем прийти к нему Алекса.
В тени, на диване, расположился Роско Хейворд.
Все трое поздоровались. Паттертон сказал:
— Я попросил Роско остаться, так как догадываюсь, о чем мы будем говорить. — Он дотронулся до газеты. — Вы это, конечно, видели.
— Да, видел, — ответил Алекс. — У меня также был Дик Френч. Он рассказал мне, что вы с Роско обсуждали вчера изыскания прессы. Поэтому мой первый вопрос: почему не поставили в известность меня? Я в такой же степени вовлечен в проект «Форум-Ист», как и все остальные.
— Вам нужно было сообщить, Алекс. — Вид у Джерома Паттертона был смущенный. — Я думаю, дело в том, что мы несколько растерялись, когда увидели заметки в прессе, которые говорят о том, что была утечка.
— Утечка чего?