– Да.

Он кивнул и больше не говорил.

Когда мы подошли к подъезду, Влад достал ключи из левого кармана и поднес с домофону.

– Блин!
– прошипел он, когда они выпали из его руки.

Он стал наклоняться, но я опередила его и подняла ключи с холодного асфальта.

– Держи, - я протянула ему их.

– Спасибо, - поджав губы, поблагодарил Влад и открыл дверь.

Мы оказались в темном подъезде, где пахло сыростью. Лифта здесь, конечно же, не было. Влад чувствовал себя увереннее, но когда поднимался на третий этаж, споткнулся, и если бы я вовремя не подхватила его, то он упал бы.

– Осторожно, - мягко сказала я.

Влад нахмурился и выпрямился. Ему было непривычно без своего пса.

– Ты живешь на пятом этаже?
– спросила я с отдышкой.

Влад кивнул, держась за деревянные перила.

– Ужас, - выдохнула я.

Наконец, мы поднялись. Влад подошел к левой крайней черной двери с кожаной обивкой.

– Твоя мама не будет против гостей?
– неуверенно уточнила я.

– Она работает, - ответил Влад, стоя ко мне спиной.

Влад целую минуту возился с замком и, наконец, открыл дверь. Он повернулся ко мне боком и широким жестом руки указал внутрь квартиры.

– Добро пожаловать в мою скромную обитель, - пробормотал он.
– Проходи.

Я сделала несколько неуверенных шагов вперед и переступила порог, оказавшись в темной прихожей. Влад зашел следом за мной, и я слабо вздрогнула, когда захлопнулась дверь.

– Прости, - сказал Влад, и в следующую секунду загорелся свет.

Я сняла курку и полусапожки. Влад прошел вперед и кивком позвал меня за собой. Мы прошли по небольшому коридорчику и оказались в гостиной: огромной, с небольшим наличием старой мебели; единственный источник света - красивая хрустальная люстра, висящая в центре над круглым столом. Темные обои и есть картины - портреты великих полководцев, имена которых я не знала, но если они нарисованы, значит, они все-таки великие. Классическая квартира сталинских времен. Сразу бросилось в глаза, что ремонт здесь не делали очень давно. В углах я увидела большие картонные коробки. Неужели, Влад еще не до конца распаковался?

– Здесь уютно, - сказала я, скромно встав под высокой аркой.

Я не кривила душой. Интерьер и обстановка напоминала мне квартиру, где жила моя бабушка Вера - папина мама. Она умерла, когда мне было восемь, но я помнила, как приезжала к ней в гости.

– Может, чаю?
– спросил Влад.

– Ммм, нет, спасибо, - улыбнулась я.

Влад угрюмо цокнул, прошел через гостиную и скрылся за дверью. Здесь он двигался уверенно, словно не был слепым.

– Иди сюда, - крикнул он мне.

Я пришла к нему на кухню. Он взял с газовой плиты чайник и подошел к раковине. Включил воду.

– Иногда мне кажется, что ты видишь, - призналась я.

Я не видела лица Влада, так как он стоял ко мне спиной, но почувствовала, что он улыбнулся.

– За столько лет привыкаешь, - ответил он спокойно.

Влад поставил чайник на плиту и вышел из кухни.

– Пойдем в мою комнату, - сказал он мне.

Она находилась за дверью через гостиную прямо напротив кухни. Ого, эта квартира действительно огромная!

У Влада была просторная комната с высоким потолком, одним узким окном, зашторенным темными плотными занавесками. В дальнем правом углу стояла двуспальная кровать с высоким деревянным изголовьем и пышным одеялом, которая так и манила запрыгнуть на нее. Почти всю левую стену занимали стеллажи с книгами. У него была собственная библиотека! Компьютерный стол, на котором ничего не лежало, шкаф, зеркало, покрытое толстым слоем пыли, так как у владельца комнаты не было возможности смотреться в него, и старое кресло-качалка у окна с аккуратно сложенным шерстяным пледом болотного оттенка.

Больше всего моим вниманием завладели книги. Их было очень много.

– Ты все читал?
– спросила я.

– Только половину, - поджав губы, ответил Влад.

Он стоял рядом со мной и громко дышал. Я решила осмотреться получше и прошлась по комнате.

– А что сейчас читаешь?
– между делом задала я вопрос.

– Эээ, ну, вряд ли ты знаешь об этой книге, - робко произнес он.
– Я предпочитаю серьезную литературу с философским уклоном.

– Да, я помню, - пробормотала я, проходя мимо кровати. В голове мелькнули картины воспоминаний того дня, когда я столкнулась с ним в школьном коридоре, и у него из рук выпали книги.
– И все же. Что за книга?

– «Я сижу на берегу». Рубен Давид Гонсалес Гальего.

Я остановилась. Да, я не слышала ни об этом авторе, ни о его произведениях.

– И как? Интересно?
– спросила я.

– Да.

– Можно я возьму почитать, когда ты закончишь?

Влад выпрямил спину и кивнул.

– Конечно. Можешь взять хоть сейчас. Я все равно ее уже читал.

– Если ты читал, то зачем делаешь это снова?
– усмехнулась я.

– Еще не разучились писать книги, которые хочется перечитывать бесконечно.