Шрифт:
Пока крестоносец делал рывок, пока чёрный рыцарь тянул из ножен меч, Мерлон бросил в неприятелей спасительный порошок ослепления, вложив в него такую чудовищную мощь, что заклинание отрикошетило от чёрного воина в крестоносца, ослепив разом обоих. В изумлении оба неудавшихся палача стали махать руками вокруг головы, видно, не оправившись от шока, а Мерлон, решив не искушать судьбу, швырнул им на прощание огненный шар и скрылся в темноте туннеля.
Он бежал изо всех сил, не обращая внимания на боль в мышцах. Бежал наугад, в темноте, пока на бегу не наложил заклинание магического света (действие которого пропало в зале Авеста Луи). Магия, развеявшая тьму, очертила множество тел, разбросанных по проходу, много крови и чьих-то внутренностей.
За спиной Мерлона слышался тяжёлый топот и неразборчивые крики: видимо, рены справились с неожиданной атакой и норовили отомстить. Оставленный на прощанье магический шар содержал в себе лишь каплю силы и вряд ли даже опалил сильных бойцов: их защищала неплохая магия.
Несколько минут спустя Мерлон почувствовал, что ещё чуть-чуть, и он свалится с ног. Усталость брала своё.
Замыслы ренов о жестокой мести наглецу наверняка свершились бы, если б камни под ногами Мерлона вдруг не треснули, и маг на всём пару не провалился в крутой и скользкий спуск.
Наверное, все приключения дня по сравнению с этим показались юноше детской шалостью.
Летел он долго и шумно, покрывая белый свет всеми известными ругательствами. Острые камни рвали молодое тело, царапали, жгли…
В конце концов его швырнуло в какую-то вонючую лужу, и он со всего маху ударился головой о камень. Послышался неприятный треск железного шлема, и всё в глазах поплыло и затуманилось. Секунда – и Мерлон потерял сознание.
– Он мёртв? – вкладывая меч в ножны, спросил Лин-Лей.
Бладмур не ответил. Склонившись над огромной дырой, он стал внимательно вглядываться в темноту. Из глубины веяло смрадом и сладковатым запахом разложения.
– Ну и вонь. Там нет шансов выжить, – буркнул Лин-Лей.
– Шанс есть всегда, – медленно проговорил Бладмур. – Только от чего он зависит, никто никогда точно не знает.
– А! Ну да, конечно! Вечно твоя философия… По существу ответить можешь? Да или нет?
– Эх… ладно, я тебе отвечу по-другому: вероятность смерти высока. Скорее всего, он получил много ран и переломов… Судя по запаху, внизу обитают твари похуже, чем карлики. Думается, возможность его выживания и правда мала, но один процент остаётся всегда, в любой ситуации, – отчеканил Бладмур.
– Короче, он подох. Но ты уверен, что нужное нам было у него? Может, он вообще ни при чём? Парнишка на вольного сильно смахивал, – в голосе Лин-Лея звучала усталость.
Бладмур коротко кивнул.
– Так мы полезем вниз?
– Нет.
– Что же мы скажем гроссмастеру? Он может нас придать трибуналу за неисполнение приказа, – расстроенно проговорил крестоносец.
Лицо Бладмура перекосила злобная усмешка.
– Не предаст. Всё не так просто.
– В чём сложность?
– Во-первых, я глава Тайной Стражи. Подобные мне не лишаются головы почём зря. А ты – сотник бывалых наёмников, коим будет очень трудно объяснить, почему их командира ни с того ни с сего предали суду. Во-вторых, сеньоры не знают о нашей операции ровным счётом ничего. А выдумать основание для нашей казни господину Иридану будет сложно. Да он и не станет заморачиваться с этим. Всё же не такое страшное упущение.
Лин-Лей вздохнул.
– Интриги. Всё ваши мерзкие интриги. Идём, надо возвращаться к войску, – тихо проговорил он и побрёл прочь.
– Светлая мысль! – согласился Бладмур и поспешил за крестоносцем.
Всё случилось именно так, как должно было.
Стоило сознанию Мерлона выскользнуть из цепких объятий мрака, как страшная боль пронзила тело. Страх, липкий, мерзкий проник в душу. Мерлон застонал. Ему хотелось закрыть глаза, затем снова открыть и оказаться дома. Ему было плохо, больно, ужасно. Слёзы навернулись сами собой. Он умирал!
В какой-то момент юноша почувствовал, как кто-то подошёл к его истерзанному телу, и, осторожно коснувшись груди, начал читать заклинание. Находясь на грани Серых Пределов, Мерлон ощутил, как раны на теле стали затягиваться. Что-то ярко вспыхнуло перед глазами, и холодное беспамятство вмиг окутало юношу тьмой.
Славно развивался на ветру стяг Ренессанса в залитый кровавым закатом вечер! Грозно бряцало зачарованное оружие в такт наглому лязганью начищенных доспехов. Играла музыка, и железные полки, закованные в магическую сталь, уверенным шагом двигались на север. Ничто не могло их остановить!
За долгую историю своего существования, Ренессанс и Святая Инквизиция имели давние счёты. Десятки раз они сходились в смертном бое, и почти каждый раз победа оставалась за инквизиторами. Но Ренессанс терпеливо ждал своего часа, и он наконец-то настал. Раздираемая внутренними противоречиями, Святая Инквизиция давно потеряла вес в политике, а в мире, где правит сила, судьба слабого предрешена с самого начала. Так было, так есть, и так будет всегда.
Армия Ренессанса без устали шла по Северному Тракту прямиком к Шипстоуну – столице Святой Инквизиции. Ещё полтора дневных перехода – и войско окажется под стенами прекрасного города, порой именуемого столицей искусств.