– Так… – Молли судорожно вздохнула. – А Гильс – он тоже… нелюдь?

– Еще какой… – Егор за дверью тихо рассмеялся. – Ты знаешь, мы с людьми не так часто общаемся, я не понимаю, зачем старину Гильса занесло к вам на Садовую улицу.

Молли вспомнила, что впервые увидела Гильса, когда во дворе стемнело, и он пришел в темных очках, что тогда показалось ей странным. Теперь ей стало понятно, почему он так сделал – чтобы никто не увидел его глаз в сумерках.

– Погоди, Егор, я сама ей объясню и успокою, – затараторила Дрина. – Молли, мы тебе зла не причиним. Это только в сказках и фильмах нечисть гоняется за людьми, а в реальности у нас других интересов в жизни полно, тяжелая учеба в МУНе, например.

– Что это за место – МУН? Гильс тоже говорил, что учится там.

– Мы все там учимся. Ну, МУН – это сокращенное название, а если развернуть его, то получится международный университет нелюдей. Хочешь посмотреть на мой студенческий билет? Сейчас просуну под дверь.

Под дверью ванной что-то зашуршало.

– Вот, посмотри…

– Я не могу посмотреть на твой студенческий билет! – с досадой произнесла Молли. – Я не вижу в темноте, как вы!

– Тьфу, Дрина! – возмутился за дверью Егор. – Где у Мурановых фонарь был и батарейки?!

В недрах дома послышалась возня – начались поиски фонарика. Кто-то двигал стулья, что-то шуршало и звенело, а потом Егор, видимо, полез на антресоли и уронил оттуда что-то тяжелое и чугунное на ногу Марику. По звукам, которые издавал Марик, Молли смутно догадалась, чем упыри могут отличаться от людей.

Продолжать сидеть в ванной в компании стирального порошка, да еще в кромешной темноте было глупо. Молли, немного подумав, открыла защелку и толкнула дверь, осторожно выглянув наружу.

Перед дверью стоял Егор, держа в руках фонарик, которым он светил себе в лицо. За его спиной из темноты выглядывали Дрина и Марик, у которого на ноге уже красовался огромный синяк. При свете фонаря их глаза выглядели вполне обычными, а сами они, хоть и назвали себя троллем, упырем и кикиморой, сейчас больше были похожи на трех растерянных и перепуганных подростков.

– Ты это… прости, что так вышло… – неуклюже извинялся Егор. – Днем-то мы на людей похожи, с первого взгляда и не отличить. А объявлять с порога, кто мы такие, – тоже глупо, я же увидел сразу, что ты человек. Да и понял, что ты даже не знаешь, куда приехала. Вот ты на своей Садовой улице живешь вместе с дедом и в жизни бы не догадалась, что на краю города есть целый микрорайон, где живут нелюди…

При упоминании Садовой улицы и деда Молли вдруг обожгло, как огнем, – как она могла забыть позвонить деду! Она же собиралась вернуться до темноты!

– Мне срочно нужно домой! – побледнев, спохватилась Молли. – Дед ведь придет, а меня дома нет! Какой кошмар… Мне надо скорее уехать домой!

– Я бы не советовал, – тролль Егор шмыгнул носом. – Пока моя мама не успокоится, лучше из дома не выходить.

Да и не надо тебе так поздно возвращаться одной. Переночуешь в этом доме, а утром мы все вместе приедем на Садовую, и я посмотрю, что с той собакой. Правда, Гильс ей приказал мяукать, и я не уверен, что смогу отменить его приказ… Но я попробую его снять, как обычное наваждение, вдруг получится…

– Я тоже остаюсь здесь на ночь, пока мама Егора не успокоится, – заявил Марик. – У меня девятнадцать младших братьев и сестер, и я не могу рисковать собой. Да и моего отсутствия никто не заметит, родители нас пересчитывают только по пятницам.

– А я останусь за компанию, чтобы Молли было не страшно тут ночевать, – сказала Дрина.

– Но мне нужно предупредить деда! – воскликнула Молли.

– А мы и предупредим, – успокоил ее Егор. – Только не по телефону. У нас, нелюдей, есть своя почтовая служба, очень надежная, не то что ваши телефоны и так далее… Наша служба кого угодно достанет… Пошлешь послание своему деду, он его получит и спокойно ляжет спать, зная, что с тобой все в порядке. Пойдем-ка…

Егор, светя фонарем, взял ее за руку и подвел к крану в ванной, как-то по-особому постучал по нему и открыл воду.

В кране зашумело, и спустя несколько секунд из него вылилось что-то полупрозрачное, что приняло форму пирамидки с личиком. Оно щурилось от света фонарика, выжидающе глядя на ребят почти осмысленным взглядом голубых водянистых глазок.

– Вот это и есть наша почтовая служба, – сказал упырь Марик. – Откроешь кран с водой – а из него выливается водяной и говорит тебе все сообщения, которые тебе послали. Или ты посылаешь кому-то свои.