– Случается, - задумалась Лина. – У меня даже холодильник иногда течет. Ну, размораживается.

– Понятно, - устало согласилась Арина. – Вот, когда электричество снова дают, твой телек и включается сам, без пульта и без всяких инопланетян. Просто телек реагирует на скачок электричества в сети. Он, видимо, очень у тебя чувствительный на такие скачки.

– Да? Меня предупреждал продавец, что могут быть какие-то сбои, я только не поняла, какие. Вот что… А ты как догадалась?

– А я и не догадалась, просто пробовала методом «тыка». Вот, получилось.

– Ой, спасибо, Ариша! – обрадовалась Лина. – А что мне теперь делать с телеком, чтобы он ночью не включался?

– Думаю, просто заранее отключать от сети, чтобы «инопланетяне» не мучили. Есть еще способ.

– Какой? – заинтересовалась Лина.

– Нервишки лечить, на ночь воды меньше пить, чтобы по ночам по квартире не шастать, - улыбнулась Арина.

– Вот, тебе бы только смеяться, а я так перепугалась, когда свет увидела!

– Линочка, свету радоваться надо! – ответила Арина.
– Пока мы его видим… – добавила она.

– Ну, спасибо, Ариш! Все равно ведь помогла, так что не зря тебе позвонила! Ну, целую, Пока!

– Пока, - успела ответить Арина и тут же услышала короткие звонки. – Пока… - повторила она уже отключенной трубке.

В животе заурчало, напоминая о не съеденном обеде. «Пора и пообедать», - согласилась она с животом.

Она не спеша пообедала, посмотрела в окно. Внимание ее привлекла ворона, нервно каркающая на толстой горизонтальной ветке дерева, растущего перед окном кухни. Ворона резко каркнула и боком придвинулась к уютно устроившейся на ветке серенькой кошке. Кошка недовольно повела ушами и демонстративно отвернулась от темно серой «доставалы». Вороне это не понравилось. Она подпрыгнула ближе и быстро тюкнула кошку клювом в спину. Кошка взвизгнула и, недолго думая, попыталась залепить когтистой лапой вороне пощечину. Ворона увернулась и, насмешливо каркнув, опять клюнула кошку. Метила она в голову, но попала скользящим ударом в мех где-то в районе шеи. Кошка от такой наглости яростно заверещала и, что было силы, вырвала у вороны из шеи пару перьев. Брезгливо стряхнув их с когтей, она сделала еще пару выпадов в сторону разъяренной вороны.

В этот момент зазвонил телефон, но трубка оставалась в комнате, а Арине не хотелось отрываться от битвы за окном. Телефон позвонил, позвонил и замолк.

А ворона, между тем, разозлилась не на шутку. Видимо, ее сильно раздражала кошка, забравшаяся не в свою вотчину. Ворона злобно закаркала - теперь в ее голосе слышны были уже устрашающие нотки – и, резко взмахнув крыльями, ринулась на кошку. Кошка, конечно, могла бы и посопротивляться, выставив когти и зубы против клюва ненавистной птицы, но, будучи животным миролюбивым и мудрым, решила, что не всякая победа в жизни стоит увечья, а потому ретировалась, быстро спустившись с дерева. На земле она нервно потянулась, все еще обижаясь на то, что ее, мирно сидящую и никого не трогающую, так нагло прогнали с удобного наблюдательного пункта. Потом выгнула спину, словно «размахивая после драки кулаками», и, успокоившись, потрусила по своим кошачьим делам.

Ворона, с дерева наблюдающая за кошачьими упражнениями, презрительно каркнула, почесала лапой место на шее, откуда кошка вырвала перья, и, довольная собой и своей «молодецкой удалью», полетела прочь.

«Какая злюка!» – подумала о вороне Арина, явно сочувствуя прогнанной кошке.

В этот момент телефон зазвонил еще раз. Арина вошла в комнату и ответила на звонок.

Звонила клиентка, которая подошла к дому Арины на пятнадцать минут раньше, и спрашивала, можно ли ей зайти или надо подождать, когда подойдет время записи.

Арина вернулась в кухню, подошла к окну и увидела у подъезда на скамейке звонившую клиентку.

Арине нравились такие предупредительные люди, которые, несмотря на свои собственные проблемы, умели видеть и слышать окружающих их людей. И еще Арина, не любившая опаздывать и всюду приезжавшая за десять – пятнадцать минут до назначенной встречи, уважала пунктуальных людей, умеющих ценить и свое, и чужое время.

Арина пригласила клиентку пройти в дом и увидела, как со скамейки упруго поднимается и подходит к подъезду высокая, статная женщина с короткими вьющимися черными волосами, карими глазами за тонкой металлической оправой на круглом «лунообразном» лице, выражающим некоторую обеспокоенность и сосредоточенность.

Арина вышла в коридор и открыла клиентке дверь. Клиентка вошла, приветливо улыбаясь, и протянула Арине пакет, в котором угадывалась коробка конфет. Арина поблагодарила клиентку и взяла пакет, понимая, что это не взятка и не задабривание «специалиста», а простая человеческая вежливость и «неумение» прийти в чужой дом с пустыми руками.

Арина пригласила клиентку в комнату, раскрыла коробку с конфетами, положила ее на свой рабочий стол и вышла на кухню за чашками, электрочайником с кипятком, сахаром и пакетиками чая. От кофе клиентка сразу отказалась.

Попивая чаек, они поговорили о семье клиентки, о новостях в ее жизни и плавно перешли к тому, что беспокоило на вид очень спокойную, уверенную в себе женщину.

– Арина, вчера моему сыну приснился сон, который насторожил нас. Дело в том, что мой сын Виталик занимается фигурным катанием и собирается участвовать в серьезных соревнованиях, но недавно его тренер стал почти все свое время уделять другому спортсмену, считая его более перспективным. Отношения Виталика и тренера давно уже были натянутыми: тренер заставлял моего сына упорно отрабатывать прыжки, не обращая внимания на пластику и отработку композиции в целом; не обращал внимания на его предложения, идеи; не замечал в нем личность и индивидуальность. Кроме того, график тренировок тоже был крайне неудобным и не учитывал ни его занятия в институте, ни биологические ритмы Виталика. Мне кажется, он просто доводил Виталика до нервного и физического истощения вместо того, чтобы, учитывая его индивидуальность, развивать его способности, не истощая его силы, а увеличивая их.