– Если ты любишь Садуко, то тебе это должно быть безразлично, Мамина.

– Любовь, – горько проговорила она. – Пфф! Что такое любовь? Но я тебе уже однажды предлагала этот вопрос.

– Почему ты здесь, Мамина? – спросил я, меняя разговор.

– Потому что Садуко здесь и, конечно, Нэнди – она его никогда не покидает, а он меня не хочет покинуть. Мы здесь, потому что приезжает королевич Умбелази. Готовится большой разговор, и надвигается великая война – та, в которой многим придется сложить свои головы.

– Война между братьями, Сетевайо и Умбелази?

– Да, конечно. Для чего же, ты думаешь, мы покупаем ружья, за которые нужно платить скотом? Будь уверен, что не для того, чтобы стрелять дичь. Краль моего отца сделался теперь штаб-квартирой партии «изигкоза», т. е. приверженцев Умбелази, а краль Гикази – штаб-квартирой партии Сетевайо. Бедный отец! – прибавила она со своим характерным пожатием плеч. – Он воображает себя теперь великим человеком с тех пор, как он застрелил слона, но я часто думаю, какой печальный конец ожидает его и нас всех, Макумазан, включая и тебя.

– Меня?! – воскликнул я. – Какое отношение имею я к вашим зулусским спорам?

– Это ты узнаешь, когда все будет кончено!.. Но вот и краль.

Прежде чем войти в него, я хочу поблагодарить тебя за твою попытку спасти моего несчастного мужа Мазапо.

– Я это сделал только потому, Мамина, что считал его не виновным.

– Я знаю, Макумазан. И я тоже считала его невиновным, хотя, как я всегда говорила тебе, я его ненавидела. Но то, что я узнала с тех пор, убедило меня, к сожалению, что он не совсем был невинен. Видишь, Садуко ударил его, и этой обиды он не мог забыть. Кроме того, он ревновал меня к Садуко, как к бывшему моему жениху, и хотел причинить ему зло. Но вот чего я до сих пор не понимаю, почему он не убил Садуко, а ребенка.

– Ведь говорили, что он пытался это сделать. Ты помнишь. Мамина?

– Да, Макумазан, я и забыла. Он действительно пытался убить его, но ему это не удалось. О, теперь я все понимаю… Смотри, вот там идет отец. Я уйду. Заходи как-нибудь сообщить мне новости, которые ты узнаешь, Макумазан. Нэнди старается держать меня в неведении всего, что творится вокруг меня. Ведь я только игрушка, украшение дома. Я только красивая женщина, которая должна сидеть и улыбаться, но не смеет думать.

Она ушла, оставив меня под впечатлением, что внешний успех в жизни не принес ей, по-видимому, счастья и удовлетворения. Но размышлять долго об этом мне не пришлось – навстречу мне шел, подпрыгивая как козел, старик Умбези, горячо приветствовавший меня.

Он был в приподнятом настроении и весь был преисполнен важности. Он сообщил мне, что брак Мамины с Садуко после смерти ее первого мужа оказался для него весьма счастливым обстоятельством.

Я спросил, почему:

– Потому что Садуко сделался очень большим человеком и вместе с ним, понятно, что и я, его тесть, сделаюсь великим, Макумазан.

Кроме того, Садуко оказался очень щедрым по отношению ко мне. Он получил весь скот Мазапо в виде вознаграждения за потерю своего сына, и он часть стада подарил мне. Таким образом, я сделался богатым человеком. Кроме того, завтра мой краль будет почтен посещением Умбелази и нескольких других его братьев, и Садуко обещал дать мне большое повышение, когда королевич будет объявлен наследником престола.

– Какой королевич? – спросил я.

– Умбелази, Макумазан. Кто же иначе? Умбелази несомненно победит Сетевайо.

– Почему ты так уверен в этом, Умбези? За Сетевайо стоит тоже большая партия, а если он победит, как бы тебе не оказаться в желудке шакала.

Жирное лицо Умбези вытянулось.

– О Макумазан, – сказал он, – если бы я это думал, я перешел бы на сторону Сетевайо, несмотря на то, что Садуко мой зять. Но это невозможно. Король любит мать Умбелази больше всех своих жен, и, как я случайно узнал, он поклялся ей, что он будет поддерживать любимейшего своего сына Умбелази. Он обещал сделать все, что может, вплоть до посылки своего собственного полка в случае, если понадобится подкрепление. Говорят также, что Зикали, мудрейший из людей, предсказал, что Умбелази достигнет большего, чем на что он надеется.

– Что такое ваш король? – сказал я. – Соломинка, которая колеблется туда и сюда по ветру, но которая может быть снесена бурей. Предсказание Зикали? Плохо дело, если надеяться только на его пророчества. Но вот что я тебе советую: раз ты уже выбрал партию Умбелази, то и держись ее, потому что измена никогда не доводит до добра – ни при победе, ни при поражении. А теперь не примешь ли ты у меня ружья и порох, которые я привез?

На следующий день я отправился засвидетельствовать почтение Нэнди. Она нянчила своего младенца и была так же спокойна и выдержанна, как всегда. Мы поговорили с ней о печальных обстоятельствах смерти ее первого ребенка, которого она все еще не могла забыть, а затем перевели разговор на политическое положение в стране. По-видимому, она желала по поводу этого мне кое-что сообщить, но в это время в хижину вошла Мамина, без приглашения, и уселась. Нэнди сразу замолчала.