– Похудей!

– Я ношу 42 размер…

– Ну и что?!!

– Ты привезла мне 40…

– Ну и что?!!!!

– Мне проще будет не присутствовать. Никто не заметит…

– Не смей… слышишь, не смей сбежать! Ты мне очень нужна. Ты ведь знаешь это, правда?

Елена лишь устало вздохнула.

– Ну конечно, я это знаю. Я не подведу тебя…

– Они приедут завтра. Тебе надо будет быть в аэропорту в пол девятого. Мне не надо говорить тебе, что будет, если ты опоздаешь, или не дай Бог, не явишся.

– Я постараюсь.

– Нет, ты будешь там во время! И будешь похожа на мою сестру!!

Снова осталось лишь вздыхать…

– Ну а теперь к делу!

Инна легко переключившись с одной темы на другую, понеслась к рядам блестящих золотистых вешалок, на которых красовались свадебные платья, одно краше другого. Сейчас Елене предстояла следующая пытка… имея соввершенно разные вкусы, а точнее по мнению сестры вовсе его не имея, она должна будет помочь ей выбрать из всего этого вороха всех возможных бело-кремовых оттенков самое стоящее. В итоге сестра конечно отвергнет все ее варианты, сама ткнет пальчиком с идеальным маникюром на самое по мнению Елены нелепое, но исключительно стильное и «со вкусом», и она будет свободна, получив на последок список ЦУ как ей подобает себя вести, по прибытию главных гостей. Завтра приедут родственники жениха… родители, престарелая бабуля, и старший братец. Елена содрогнулась, от дурных предчувствий. Почему то этой встречи она остерегалась как огня… особенно встречи с братом жениха…

– Ну как тебе это?

Снова ее вырвали из размышлений. В последнее время у нее складывалось мнение, что даже в мыслях ей не добиться уединения. Ну чтож, прийдется потрудиться еще немного… скоро совсем стемнеет и можно будет упасть в кровать и хоть немного упорядочить мысли и выспаться. День предстоял насыщенный…

****

– D и tha thu ris ?[1]

Он подернул плечами, в теплом бежевом свитере, так, кстати, согревавшем в теперешнюю погоду, в ответ на раздавшийся за спиной голос, но не обернулся. Его взгляд был прикован к раскинувшимся ниже холмам.

– Дождей довольно много, для этой поры… ты плохо чувствуешь тебя?

– Ты уходишь от ответа, мой мальчик…

Маленькая, седовласая женщина, настойчиво одернула его за рукав. Про себя он не мог не отметить, что, не смотря на годы, хватка у нее по-прежнему осталась сильной. Он вздохнул, поняв, что от него не отстанут, пока он не даст ей нужных ответов. Бережно освободив свой рукав от ее руки, он склонился и едва коснулся губами маленькой кисти.

– Не думай, что я забудусь под твоими чарами!

– Я и не смел надеяться.

– Ты принял решение?

– Да. N м mi sin dhut .[2]

– Не строй из себя жертву!

Молодой человек поднял к темно-синему, высокому небу глаза. Его спутница не в первый раз залюбовалась на их такой чистый цвет, равный небосводу над их головами. Она ласково погладила его по широкой спине, и с надеждой снова обратилась к нему.

– Алекс, так что ты решил?

– Я не оставлю его в такой день.

– То есть, ты поедешь с нами?

– Нет, Марта, я приеду после, когда все эти вопли радости и объятия закончатся… через неделю, думаю, тебе времени хватит.

– Доннан рассчитывает на тебя…

– Ты уже получила мой ответ, Марта. Брат забывает обо всем на свете, видя свою избранницу. Ему будет не до меня.

– В твоем голосе, я слышу то, что настораживает меня!

– Бабуля!

Алекс обернулся, положив свои ладони на ее маленькие плечи, с огромной нежностью и осторожностью, словно боясь, что она рассыплется под их тяжестью.

– Я была рядом, когда он принял решение, мой дорогой! И ничего не смогла поделать! Написанного не изменить. Как я хочу, чтобы и ты забылся однажды…

– Этому не бывать, Марта.

Бессильная злость на самого себя, охватила его.

– На этой земле еще не родилась та, что заставит меня потерять всякий здравый смысл и лишить сна и покоя.

– На этой земле, может, она еще и не родилась, мой мальчик, но есть и другие земли…

– Значит, ноги моей там не будет. Мне хватает других забот…

– Куда бы ты ни шел, Алекс, все дороги будут вести тебя лишь к ней… такова судьба…

Молодой человек горько усмехнулся, убрав руки от бабули.

– Звучит как проклятие…

– Ты помнишь мои слова?

– Ты твердишь мне их уже почти год.

– Воспользуйся ими. Ты мечешься, словно зверь в клетке. Скоро она, ночь. Одна единственная…ты можешь открыть душу, Алекс…

– Марта! Если нас кто услышит…Это детские сказки, которые ты так любила рассказывать нам с братом, когда-то… Но это время ушло…